— Что случилось, дорогая? — Этьен, уже собранный и спокойный, заметил ее смущение. — Что тебя так расстроило?

— Как что? — Натали не могла поднять на него глаз. В полнейшем смятении она машинально разглаживала складки платья. — Если бы мы не услышали… Если бы мама вошла…

— Она бы увидела, как я целую тебя. Что здесь ужасного? — Этьен недоуменно пожал плечами.

— Целуешь? — Натали всплеснула руками. — Но мы не просто целовались…

— По-твоему, это преступление? Солнышко, мы женаты. А молодоженам свойственно целоваться, и не только. Элиза прекрасно все понимает, в отличие от тебя. Она была осторожна и тактично дала нам знать о своем присутствии.

Ну конечно. Теперь, когда Натали пришла в себя и собралась с мыслями, она поняла это. Элиза из-за болезни передвигалась медленно, опираясь на трость. Из коридора доносилось слабое постукивание, значит, она в любой момент может войти!

— Как я выгляжу? — Натали заметила, что Этьен уже полностью восстановил свой респектабельный внешний вид. Он снова был гладко причесан, застегнут на все пуговицы. Рядом с ним Натали чувствовала себя растрепанной и измятой.

— Ты выглядишь потрясающе!

Этьен оценивающим взглядом обвел ее с ног до головы, задержавшись на глубоком вырезе платья, отороченном кружевами. Натали все еще не могла справиться с волнением, и ее грудь под тонким шелком поднималась и опускалась в такт прерывистому дыханию.

— Ты выглядишь так, как должна выглядеть невеста. — Натали облегченно вздохнула, но Этьен тут же добавил с озорной усмешкой:

— Зацелованной, возбужденной и ужасно огорченной тем, что нашу любовную игру прервали так не вовремя.

— О Боже…

Натали в панике закружилась по комнате, пытаясь обнаружить хоть что-то, напоминающее зеркало. Но было слишком поздно. Она услышала за спиной приглушенный смех Этьена и ласковый голос матери.

— Вот вы где прячетесь! Я так и думала, что вам захочется побыть наедине. Но гости начали волноваться и отправили меня на поиски. Пора вернуться и разрезать свадебный торт.

— Мы только вошли…

Сейчас Натали как никогда была благодарна Этьену за его способность сохранять хладнокровие и невозмутимость. Она была не в состоянии отвечать на вопросы. Но, обернувшись, вообще едва не потеряла сознание, мысли в ее голове перепутались окончательно.

В дверном проеме стоял Жерар Бижо, человек, из-за которого и был начат этот спектакль с женитьбой. Натали совершенно растерялась, ее взгляд в поисках поддержки метнулся к мужу.

— Мы не хотели показаться невежливыми. — С мягкой улыбкой он подошел к Натали и нежно обнял ее за талию. — Просто я хотел кое-что рассказать моей жене…

— О медовом месяце, — с лукавым видом закончила фразу Элиза.

— Так ты знала? — От изумления к Натали вернулся дар речи.

— Конечно, знала, — снисходительно сказал Этьен. — А кто бы еще помог мне собрать твои вещи и найти паспорт?

Все происходящее показалось Натали сном: три фигуры разыгрывали перед ней непонятную сцену, пытаясь и ее вовлечь в это действие. Этьен чуть сильнее сдавил ее руку, вынуждая улыбнуться — словно дернул за ниточку покорную марионетку. Теперь все свое обаяние и уверенность он направил на Жерара.

— Я хотел сделать сюрприз жене. И когда рассказал ей о нашем медовом месяце, она слишком эмоционально это восприняла, слишком восторженно… Надеюсь, вы не очень скучали?

— Нет, я прекрасно провел время. — От хмурости Жерара не осталось и следа. Похоже, Этьену удалось развеять его подозрения и даже произвести приятное впечатление.

— А теперь, любовь моя, нам пора возвращаться к гостям. Они и так слишком долго нас ждали. Вы идете?

— Да, мы подождем вас снаружи, — сказала Элиза и с притворной строгостью погрозила пальцем дочери. — Не стоит так чрезмерно волноваться, моя девочка.

Как только они вышли, Этьен обернулся к Натали с торжествующей улыбкой. Его глаза лучились теплым светом.

— Слишком восторженно! Да как ты посмел? — с возмущением воскликнула Натали.

— Для начала мы кое-что поправим, хорошо? Не обращая внимания на ее сопротивление, Этьен достал из кармана брюк белоснежный платок и осторожно промокнул кожу вокруг губ Натали. Она замерла в недоумении и, только увидев розовые разводы на платке, поняла в чем дело. Какой ужас! Значит, все это время она стояла перед мамой и Жераром с размазавшейся по лицу помадой. Что они могли подумать?

И Этьен тоже хорош! Неужели он не мог сказать об этом раньше?! Натали гневно посмотрела на него и встретила чуть насмешливый открытый взгляд.

— Ну вот, теперь все в порядке. — Он легко коснулся губами ее виска и рассмеялся. — Не сердись, любимая. Иначе испортишь то хорошее впечатление, что я произвел на твоего дядюшку. Жерар уже уверен, что мы ни на секунду не можем выпустить друг друга из объятий.

— Знаешь, я бы с огромным удовольствием сейчас выпустила тебя… — Яростный шепот Натали еще больше развеселил Этьена.