– А мы куда же денемся? – спросил Дон.

– В Вайоминг, кретин. В Шайенн в штат Вайоминг.

– О, мама, только не надо все сначала.

– Да, все сначала. Дома там дешевле. У нас будет комната для гостей и три ванных. А ты, милочка, сможешь представлять весь штат на национальных конкурсах. Там людей-то раз-два и обчелся. Так что конкуренции никакой. Пятьдесят одна блистательная претендентка, и только одна победит. Кто сменит Сьюзен Колгейт на следующем конкурсе «Мисс Соединенные Штаты»?

– Мы никуда не поедем, – сказал Дон.

– Нет, поедем. Этот дом записан на мое имя, так что – собирайся.

– Она сегодня не в себе, – обратился Дон к Сьюзен. – Оставь ее.

Сьюзен снова отправилась загорать, надеясь, что нашедшее на Мэрилин кратковременное помешательство скоро пройдет. Уже позже, в своей комнате, она услышала внизу обычное позвякивание и стук, сопровождающий приготовление ужина. Мэрилин позвала Сьюзен и Дона к столу, и вечер прошел, в общем-то, нормально. Даже слишком. Но в какой-то момент раздался грохот, и дом тряхануло, словно машину, перескочившую через «лежачего полицейского». Стоявший перед Сьюзен стакан воды опрокинулся, а фотография в рамке упала со стены. Все трое вскочили – в доме было тихо, и только с кухни доносилось какое-то странное тихое шипение.

Пройдя через дверь, изрезанную отметками, они увидели зиявшую в потолке громадную дыру и другую – прямо под ней, в полу – между плитой и холодильником.

– Боже правый, это метеорит, – сказал Дон, взглянув вниз.

Сьюзен и Мэрилин тоже смотрели вниз, уставившись на коричнево-синий булыжник, который лежал на треснутом бетоне рядом с морозильником, в котором еще с осени хранились охотничьи трофеи Дона. Дон опрометью сбежал с лестницы, оглядел каменную глыбу и, не находя слов, посмотрел на Мэрилин и Сьюзен. Обе женщины сбежали вслед за ним.

– Это чудо, мы спасены, – сказала Мэрилин. – Это знак Господа, мы на правильном пути, это торжественное знамение.

Упав на колени, она начала молиться, как однажды давно, когда навещала свою родню в горах. Сьюзен вгляделась в булыжник.

– Эй, да он, похоже, тает.

– Черт, – сказал Дон, – да это же дерьмо.

Это был ком замерзшего дерьма, случайно вывалившийся с борта самолета филиппинской авиакомпании, летевшего рейсом из Чикаго в Манилу, – он-то и оплатил новый дом в Шайенне. Дон вспоминал об этом не иначе как о «говнопаде». Авиакомпания уладила все быстро и тихо. Через шесть недель Колгейты уже жили в Шайенне.

Полицейские закончили тщательный осмотр алтаря Сьюзен Колгейт, который так и стоял на заднем сиденье машины Айвана, и уехали. Весь остаток дня Джон бродил вокруг алтаря и без конца звонил автоответчику Сьюзен, разъединяясь каждый раз, когда тот включался. Он попытался уснуть, но вместо спокойного сна получались какие-то обрывки видений, словно обрезки пленки с пола монтажной комнаты, прерываемые приступами тревоги. Уже было совсем поздно, когда он сдался, встал, принял душ, выпил тонизирующий коктейль, поболтал с Ниллой, которая как раз вернулась со своих спортивных занятий, и отправился в «Вест-сайд видео». Райан был занят с клиентом.

– Вы знаете название картины, сэр? – Райан тщетно пытался добиться от клиента вразумительного ответа.

– Понимаете, это та самая картина. Помнится, она еще была в синей коробке.

– Вы знаете, кто исполняет главную роль?

– Тот парень. Понимаете.

– Не уверен. Это комедия, драма или?..

– Отличная вещь.

– Ладно. Вы хоть представляете – кто режиссер?

– Ну тот, знаменитый.

– Понятно.

– Эй, дружище, – вклинился Джон. – Пойди прими таблетку, а когда мозги включатся, дай нам знать.

Клиент обиделся.

– Вы уж меня простите. Я хочу выбрать картину, мистер, не знаю уж как вас там. Ваше-то какое дело.

Джон посмотрел клиенту прямо в глаза:

– Хочешь узнать, какое мое дело?

– Да, то есть нет.

– Тогда почему ты меня спрашиваешь? Пошел вон. Не надо мешать людям, которые знают, чего они хотят.

Клиент, явно расстроенный, робко удалился.

– Спасибо тебе от всей души, Джон, – сказал Райан. – Ты даже представить себе не можешь, как долго я сдерживался, чтобы не сказать ему то же самое. Если ты когда-нибудь решишь поставить фильм под названием «Ну, этот, как там его…», то в видеосалонах это будет самая спрашиваемая картина.

Джон осмотрел салон, потом сказал:

– Райан, сматывайся с работы и поехали. Есть дело.

– Только не сейчас – сейчас самый разгар дня, час пик, я должен обзвонить должников, а вечером показывают программу «Женщины, которые любят слишком сильно».

– Мы с Айваном хотим купить твой сценарий.

Через десять минут, каждый в своей машине, они приехали в бар клуба «Сент-Джеймс». Джон прибыл первым и заказал виски. Наконец появился запыхавшийся Райан.

– Прежде чем что-нибудь обсуждать, Джон, должен тебе сообщить, что днем у нас была полиция и они буквально насели на меня: во-первых, потому что я соорудил алтарь Сьюзен Колгейт и, во-вторых, потому что отдал его тебе. У меня было такое ощущение, будто меня вымазали мармеладом и привязали к муравейнику.