– Я не расслышал вашего имени, – неохотно признался Торн.

– Я – лейтенант Амара Грир. Не знаю, почему меня не отправили за вами гораздо раньше, но если все сложится удачно, мы успеем на переговоры вовремя. Вы уже сложили вещи? Если нет, я помогу вам собраться, но нам совершенно необходимо вылететь сегодня же.

Прежде чем Тайнан успел ответить, вернулся Грегори Нэш с врачом. Заметив, что Амара с Тайнаном мирно разговаривают, врач недовольно нахмурился. Не обращая внимания на Амару, он спросил Тайнана:

– Вам опять было трудно дышать?

Амара встала, уступив место врачу. Тот быстро осмотрел Тайнана и, явно решив, что пациент уже не нуждается в его услугах, повернулся к Амаре.

– Ему нужен отдых, а не посетители. Вы должны уйти.

Но Амара и слышать не хотела о том, чтобы покинуть Цитадель Хранителей без Тайнана Торна.

– Боюсь, что это невозможно, – твердо ответила она. – Я не отойду от него, пока не увижу его за столом переговоров.

Врач ткнул костлявым пальцем в Грегори.

– Вам не следовало впускать сюда женщину. Займитесь ею, – сурово сказал он и, взяв свой врачебный чемоданчик, поспешно вышел.

Грегори Нэш явно смутился. Амара опасалась, что поведение доктора сконфузило и Тайнана. Желая их успокоить, поспешно заметила:

– Он человек немолодой и его возраст заслуживает уважения. – Она снова уселась рядом с Тайнаном и взяла его руку. – Мой корабль гораздо уютнее этой комнаты, и я уверена, что вам будет там удобно. Пойдемте со мной.

Тайнана тревожило ее присутствие. Он возразил:

– Мы должны дождаться рассвета.

Амара удивленно посмотрела на Грегори:

– В этом нет никакой необходимости. Звездный крейсер может взлететь и в темноте.

– Вопрос не в корабле, – отозвался Грегори. – Хранители никогда ничего не начинают после заката. Вам может показаться странным этот обычай, но мы убедились, что рассвет – наилучшее время для того, чтобы приступить к любому делу.

Амара полагала, что понятно объяснила необходимость срочного вылета, поэтому теперь пыталась сдержать раздражение. Если бы Тайнан встретил ее у ворот, как она и надеялась, они вылетели бы задолго до заката, и не пришлось бы вести этот идиотский разговор. Она живо представила себе, как хохотал бы над этим босс, и поэтому разозлилась еще сильнее.

– Может, у вас и принято дожидаться рассвета, чтобы начать новое дело, но это не относится к данному случаю, – заметила она. – Я не могу допустить, чтобы ваши предрассудки поставили под угрозу успех мирных переговоров.

– Между предрассудком и традицией – огромная разница, – возразил Тайнан.

Голос его звучал глухо, но говорил он очень властно. Довольная тем, что он настолько оправился, что способен с ней спорить, Амара улыбнулась:

– Мы можем обсудить это по пути на базу, но вылететь нам надо сегодня.

Тайнан выдернул у нее свою руку и с трудом сел. У него немного закружилась голова, но переведя дух, он сказал:

– Нет. Мы подождем рассвета, Как бы ни поджимали сроки, вы наверняка предусмотрели какой-то запас времени на случай непредвиденных осложнений. Его хватит на такую отсрочку.

Когда Тайнан сел, Амара поняла, что он гораздо выше, чем казалось. Почему-то она представляла его невысоким изящным человеком. Гадая, что выражает сейчас его лицо, она пожалела, что оно забинтовано. Все восхищались правдивостью Тайнана, и Амаре даже в голову не пришло слукавить.

– Да, у меня есть определенный запас времени, но, растратив его до начала полета, мы можем горько пожалеть об этом. Нам лучше не рисковать.

Тайнан пристально всматривался в Амару, обдумывая сказанные слова. Кожа ее была покрыта чудесным золотистым загаром, из-под длинных темных ресниц на него смотрели блестящие бирюзовые глаза. Изогнутые брови, правильный нос, соблазнительно пухлые губы, светлые волосы, собранные на макушке в пучок, выбивающиеся из-под него волнистые пряди… Да, если в ее внешности и были изъяны, то Тайнан их не заметил, однако упорство Амары ему решительно не нравилось.

– Мы вылетим на рассвете, – категорически заявил он.

Амара не захватила с собой лазерный пистолет, но если бы при ней и было оружие, понимала, что силой принудить Тайнана лететь с нею нельзя. В таком случае он никогда не поддержит Аладо на мирных переговорах.

– Хорошо, – неохотно согласилась она. – Мы дождемся рассвета и будем надеяться, что во время полета ничего плохого не случится.

Радуясь, что этот вопрос наконец решен, Грегори махнул рукой в сторону двери:

– Спасибо, что проявили понимание, лейтенант. Вы можете вернуться на корабль. Даю вам слово, что Тайнан придет туда на рассвете.