– Не могу сказать, что я с нетерпением жду этого.

У него хватило наглости засмеяться.

– Зато я жду с нетерпением, которого с лихвой хватит для обоих.

От внезапно вспыхнувшего желания Анне стало жарко.

– Это лишь проституция, – отрезала она.

– Не проституция, а компенсация, – поправил Лючио. – За прошлые грехи.

– Я уверена, что ты успел за это время многократно компенсировать мои «прошлые грехи», – поддела она.

– Да и ты, насколько я понимаю, отнюдь не отказывала себе в удовольствиях, – сказал он. – Люди с такими, как у тебя… потребностями не способны слишком долго воздерживаться.

Анна почувствовала, как краска заливает ее лицо при воспоминании о тех потребностях, которые благодаря ему пробудились в ней.

– Я теперь мать.

– А я нахожу материнство сексуальным. – Его взгляд скользнул по ее полной груди. – Даже очень сексуальным.

– И сколько же, по-твоему, должна длиться наша договоренность?

– Недолго.

Анна посмотрела на него, с трудом скрывая облегчение.

– А все-таки? – спросила она сухо.

Лючио понимающе улыбнулся.

– Я пробуду в Мельбурне три месяца, – сообщил он, – и хочу, чтобы эти три месяца ты была моей любовницей.

Анна почувствовала, как все внутри оборвалось.

– А как же Сэмми и Джинни? – спросила она, отчаянно пытаясь найти выход. – Я не могу переехать к тебе и бросить их.

– Я взял в аренду большой особняк в южной Ярре. Он будет готов к заселению через пару дней. Твои будут жить там с нами до тех пор, пока я не перестану… – он слегка запнулся, подыскивая нужное слово, – нуждаться в тебе.

– Переезжать на новое место не очень благоприятно для ребенка…

– Умирать тоже, насколько я представляю.

Анна побелела от столь неприкрытой жестокости его заявления.

– Как ты можешь? Ведь речь идет о ребенке!

Лючио шагнул к ней, схватил за плечи и притянул к себе. Испепеляя ее взглядом, он прогремел:

– Он мог бы быть моим сыном, но ты лишила меня этой привилегии. Ты хоть раз задумалась о том, через какой ад я прошел, представляя, как ты совращала моего брата в мое отсутствие? Я умирал тысячи раз, представляя тебя с ним. Мне снились сны, в которых ты стонала от удовольствия, которое испытывала в моих объятиях.

– Не надо… – Анна пыталась освободиться из железных тисков его рук. – Отпусти меня!

– Ну нет. – Он еще крепче обхватил ее, прижимая к своей груди. – Не смей говорить мне «нет», раз ты говорила «да» Карло. Ты обязана сказать мне «да». И учти – я не прошу – я требую. Ты будешь моей в течение трех месяцев, в противном случае твой сын не получит помощи.

Как ей хотелось ответить ему! Сэмми был его племянником. Разве мог Лючио отказать в помощи тому, кто был его кровью и плотью, если она не будет делать то, о чем он просит?

Но он откажет, его гордость не позволит ему поступить иначе. Ее предательство убило его чувства к ней, и теперь им руководствовало лишь мщение.

Анна виновато опустила голову и глухо спросила:

– Когда ты хочешь, чтобы я… приступила?

– Прямо сейчас.

Она взглянула на него расширившимися глазами.

– Сейчас?

– А почему бы и нет? – спросил он с холодным "спокойствием. – Мы здесь, и мы одни.

Ей надо было срочно что-то придумать.

– Я на работе, – запротестовала она.

– Неужели я забыл тебе сказать? – Он скривил губы. – Я собираюсь платить тебе за твои… услуги.

Анна не знала, куда деться от стыда. Кровь прихлынула к ее щекам.

– Ты не можешь так поступать со мной. Неужели ты так ненавидишь меня?

Он просверлил ее взглядом темных глаз.

– Я долго ждал этого момента.

– Ты так ожесточился…

– А тебя это удивляет?

– Нет, но… я думала, что ты уже все забыл. Я была всего лишь мимолетным эпизодом в твоей жизни.

– Ты была моей жизнью! – выдавил он. – Я хотел подарить тебе весь мир, а ты швырнула его мне в лицо.

Ей было нечего сказать в свое оправдание.

– Прости…

– Мне не нужны твои извинения.

– Что же тебе нужно? – Она подняла измученное лицо. – Хочешь, чтобы я умоляла тебя?

– Нет, – тяжело выговорил он. – Я хочу, чтобы тебя мучило такое же влечение ко мне, какое чувствовал я, когда смотрел на тебя.

Его слова ошеломили ее.

– Лючио, это неправильно… Разве ты сам не понимаешь?

– Нет. – Его руки сжали ее плечи. – Я хочу, чтобы ты принадлежала мне. Будет ли это из благодарности или из ненависти, мне все равно. И это произойдет, что бы ты ни чувствовала. – Он впился поцелуем в ее губы.