Большая часть местных жителей были размером с человека. Они не казались особенно страшными или опасными. Но не прошло и минуты, как появились новые существа, от которых лягушки разбегались в разные стороны. Эти пришельцы выглядели более мощными и хищными; зубастые чешуйчатые рептилии с рядами игл вдоль спин. Если большинство местных жителей напоминали лягушек, то эти больше походили на ящеров.

Кажется, опасаться надо чешуйчатых, – прошептала я Ирме. – Они такие уродливые. Когда они нас заметят, то сразу поймут, что мы не из этого мира. Ирма фыркнула.

– Если я не смогу убедить кучку ящериц и пучеглазых лягушек, что мы такие же, как они, значит, я просто не владею магией.

– Хмм… – подала голос Вилл. – Но ты можешь сделать так, чтобы мы, как и они, были способны дышать под водой?

Ирма на секунду задумалась.

– Думаю, да, – ответила она.

– Она думает! – передразнила Корнелия. – Давайте вот так возьмем да и доверим ей наши жизни.

Почему ты так поступаешь? – спросила я у нее.

– Как «так»? – с невинным видом переспросила она, будто не поняла.

– Дразнишься, насмехаешься. Можно подумать, что ты всех нас презираешь.

– Ну, простите меня, – сказала Корнелия. – Я просто пытаюсь быть голосом разума. Кто-то же из нас должен мыслить здраво…

– А разве тебя кто-то просил всех поучать?

– Не могли бы вы спорить потише, – вмешалась Хай Лин. – Вы же не хотите, чтобы эти зуба-стики нас услышали?

Все мы разозлились. Даже Хай Лин, всегда такая милая и дружелюбная, была напряжена и раздражена.

– Я пойду туда, – заявила я. – Если, конечно. Ирма поможет мне замаскироваться. Вдруг кто-то из этих существ знает, где Питер.

– Конечно, я помогу, – с готовностью откликнулась Ирма. – Так приятно знать, что хоть кто-то мне доверяет.

– По крайней мере одна из нас должна остаться здесь и сторожить зал. Тогда, если мы все уцелеем, у нас останется шанс вернуться в Хитерфилд, – высказалась Корнелия.

– Ты предлагаешь свою кандидатуру? – спросила я.

– По-моему, вы сами этого хотите, – немного уязвленно ответила она.

Я почувствовала укол совести. Обычно мы так не ругаемся и не разделяемся. Но сейчас, при таких настроениях, я бы не взяла Корнелию с собой. К тому же, кто-то действительно должен был охранять зал. Разве не так?

– Я тоже останусь, – сказала Хай Лин. – На всякий случай.

Корнелия неохотно кивнула:

– Это необязательно, но если ты хочешь… Наверное, благоразумнее не ходить здесь поодиночке.

Вилл смотрела на нас с несчастным видом.

– Мы должны остаться вместе! – пыталась убедить нас она. – Так будет лучше.

«Не в этот раз, – подумала я. – Мы только будем действовать друг другу на нервы, спорить и ругаться».

– Ты все еще бледная, – заметила я. – Лучше тебе остаться с Корнелией и Хай Лин, хотя бы до тех пор, пока мы с Ирмой не разведаем обстановку.

– Нет, – ответила Вилл, покачав головой. – У меня предчувствие… Я должна пойти. К тому же мне стало намного лучше.

Выглядела она по-прежнему неважно. Но из всей пашей команды Вилл была моей лучшей подругой, и я была рада, что она идет с нами.

В этом городе можно запросто заболеть морской болезнью, даже если ты никогда ею не страдал, решила я. Здесь не было ничего твердого и устойчивого, такого, как бывает на суше. Все подпрыгивало и качалось, приходя в движение от любого нашего шевеления и просто от морских воли. Хотя на большинстве плотов и мостиков имелись лампы и фонари, основной свет излучало море. Это не было отражением, свет исходил из глубины. Сверкание и поблескивание воды делало море похожим на бассейн с подсветкой.

Ирма с восхищением всмотрелась в воду. – Ну, и глубокое же тут море! Дно находится в нескольких милях под нами.

Я не была уверена насчет миль, но было совершенно ясно, что этот город устроен как айсберг. Девять десятых его построек находились под водой. Здесь не было высоких зданий только глубокие.

Волшебство Ирмы, кажется, сработало – никто не обращал на нас особого внимания. Лягушачье население сновало вокруг: одни двигались быстро и деловито, как будто спешили, другие прыгали или плавали неторопливо, словно отдыхая.