Некоторые из характеристик восточных и западных методов внутренней работы можно суммировать следующим образом:

1. Экстравертированная ориентация западной психологии на клиническую работу и личные взаимоотношения сдерживает наш интерес к тому, как работать самому, без терапевта.

2. Восточные методы, ориентированные на достижение отрешенного состояния ума, могут достигать этого без жестких процедур медитации, которые программируют сосредоточение осознавания на определенном объекте, фразе или телесном переживании.

3. Характерная для медитативных практик тенденция избегать эмоциональных взаимодействий между людьми вызывает ненужную напряженность во взаимоотношениях из-за подавления жадности, ревности и эгоизма.

4. Любая психология, подавляющая телесное напряжение и внутренние трудности, лишь делает их менее доступными для осознавания. Возможно, что они вливаются в поле коллективного бессознательного или возникают снова на уровне индивидуальных клеточных процессов, которые недоступны для осознания.

5. Большинство процедур медитации, за исключением тай-цзи или аутентичного движения, пренебрегают созидательными и спонтанными движениями и эмоциями. Я не знаком ни с одной процедурой, которая советовала бы открывать или создавать движение. Випасана и дзэн также препятствуют спонтанным движениям или программируют специальные формы движения.

6. Многие процедуры медитации уводят от обычных, повседневных забот и порождают измененные состояния сознания не потому, что измененные состояния способствуют расширению сознания, а из-за того, что сами эти процедуры не способны иметь дело с повседневными проблемами никаким другим способом.

Можем ли мы разработать систему внутренней работы, которая позволяла бы нам открывать свою собственную, врожденную процедуру медитации и которая соответствовала бы потребностям, удовлетворяемым существующими восточными и западными подходами? Трудности западной психологии и восточных ритуалов медитации могут говорить о том, что положенные в их основу цели и системы убеждений не достаточны для того, чтобы иметь дело с проблемами, которые возникают при их использовании. Быть может, нам лучше начать с самого начала и разработать новую систему, поскольку проблемы, упомянутые выше, нельзя разрешить простым добавлением новых техник к существующим методам.

Новая парадигма медитации должна отвечать как старым, так и новым задачам, однако подход к их решению будет различным. Вкратце типичные современные и древние цели развития таковы: следование бессознательному (как в аналитической психологии), повышение уровня и высвобождение энергии (как в акупунктуре и других системах работы с телом), интуитивное понимание Дао (как в "Ицзин"), путь воина (как у Кастанеды и Трунгпа), отрешение от иллюзий (как в буддизме) и вхождение в поток (как в медитации випасана)1. Парадигма процесса охватывает все эти цели, работая со сновидениями и телесными явлениями, следуя потоку энергии в сновидящем теле, позволяя медитирующему понимать или даже предугадывать, какую гексаграмму он получит из «Ицзин», дисциплинируя воина в «видении», воспитывая "беспристрастного наблюдателя" буддийской медитативной практики и развивая текучесть, свойственную практике випасаны.

Очарование медитации в том, что на ее задачи влияют наши идеалы, то, как мы себе представляем развитое человеческое существо, и сами эти образы меняются по мере того, как мы растем. Можем ли мы найти такую процедуру медитации, которая отвечала бы нашим сиюминутным задачам и была бы способна меняться с изменением наших задач? Если я начинаю процессуально ориентированную медитацию, мог бы я, к примеру, сегодня разобраться со своими любимыми дзэнскими задачами, а завтра удовлетворить свою потребность в понимании сновидения или проблемы взаимоотношений? Смогу ли я на деле решать обыденные проблемы или избавляться от болезней?

Процессуально ориентированные концепции обязаны:

1) включать в себя другие процедуры медитации;

2) позволять человеку, по мере того как он развивается, автоматически следовать индивидуальному процессу смены целей;

3) быть заведомо полезными для раскрытия смысла и облегчения боли психосоматических симптомов;

4) позволять человеку открывать разнообразные медитативные процедуры в самом себе. Хатха-йога, творческое движение и танец, работа с взаимоотношениями, поиски видений, визуализация и внутренние диалоги — все это может естественным образом сопутствовать медитации, даже если практикующий ее прежде не был знаком с этими явлениями

5) быть открытыми для критики и исследования.

Один из фундаментальных и порой неосознаваемых догматов, который можно найти во многих направлениях психологии и школах медитации, гласит, что человеческое существо является заведомо недисциплинированным, несознательным, неспособным к любви, преисполненным жадности, ревности и эгоизма, опасным и вообще в чем-то неправильным. За этими догматами скрыто негласное убеждение, что люди неправильны по самой своей сути.