Суша, которая не пострадала от воды, представляла собой довольно жалкое зрелище, в том числе и место, где находился наш палаточный лагерь. Но этот хаос по сравнению с впечатлениями от вчерашних событий был, конечно, ничто. Мало того, что мой организм, сбившись с привычного режима сна и бодрствования, находился в совершенно разбитом состоянии, точно машина после аварии, так ещё и мысли зашкаливали в своих эмоциях, прокручивая вчерашние сюжеты демонстраций и рассказов Сэнсэя. Причём эти впечатления на фоне общего недомогания тела были настолько яркими, как будто всё это произошло буквально только что. Точно и вовсе не было этих часов сна, что отделяли от поразившей нас реальности мира Сэнсэя.

Было очевидным, что не только я испытала подобный натиск впечатлений. Поскольку первое, о чём заговорили ребята после «утреннего» моциона - это о событиях произошедших накануне. В этом каламбуре разнообразных впечатлений мы и принялись наводить порядок на территории лагеря, предварительно наспех перекусив сухим пайком. Работы было много. Но благодаря дружной организации под руководством Сэнсэя, дело быстро спорилось. Старшие ребята занялись основательным укреплением палаток, приведением в надлежащий вид машин. Остальные - уборкой мусора на территории лагеря, стиркой и основательной просушкой своих вещей, пострадавших от вчерашнего шторма. После того, как мы, проявив бурную хозяйственную деятельность, натянули между палатками верёвки и развесили свои вещи, наш лагерь стал похожим на цыганский табор.

Народ «жужжал», словно потревоженный улей. То тут, то там слышались разговоры и обсуждения увиденного и услышанного вчера от Сэнсэя. А поскольку, убирая наш лагерь, мне приходилось находиться то возле одной группы ребят, то возле другой, я имела возможность услышать их впечатления.

– Нет, ну надо же какой всё-таки силой обладает мысль!
– рассуждал Костик, очищая вместе с нами захламлённую штормом часть пляжной территории.

– Да, Сэнсэй вчера показал высший класс!
– отозвался Андрей.

– Ага!
– кивнул Руслан.
– Как он… Сидели, сидели, бабах, и такой шторм! Я думал конец света настал! Вымок весь до нитки.

Андрей усмехнулся.

– Ну ты эгоист, можно подумать один ты промок, а все остальные сухие остались.

– Не, то я так, обобщающее сказал, - поспешил оправдаться Руслан.

– Да что наши промокшие вещи, по сравнению с таким, с таким… - вдохновлено попытался выразить свои чувства Юра, но так и не смог подобрать соответствующие слова.

Костик, убирая свой участок, поднял сухую веточку, и попробовал её на вкус. Но тут же, скривившись, выплюнул.

– Тьфу, какая гадость!
– он выбросил её на кучу мусора и, поморщившись, проговорил.
– И как Сэнсэю удалось сделать горькую полынь сладкой?

Андрей, глянув на его мимику, рассмеялся и весело сказал:

– Надо было пробовать, когда давали, а не выделываться.

Костик игнорировал насмешку друга и озадаченно пытался докопаться до сути.

– Не пойму. Может, мне показалось, что она была сладкая?

– Ну да!
– с иронией возмутился Андрей.
– И мне показалась, и ребятам показалась. Извини, но я ещё сахар от перца в состоянии отличить.

– Да, но как он это сделал?!
– никак не мог успокоиться Костик, очевидно колеблясь между своим неверием и тем, что вчера лично видел и даже пробовал.

– Как, как?
– передразнил его интонацию Андрей.
– Чего ты ко мне пристал, как банный лист. Вон Сэнсэй, у него и спрашивай.

Андрей отнёс очередную кучу мусора подальше в камыши. Когда же он вернулся, Костик вновь высказал ему свою «гениальную догадку».

– Может, это был массовый гипноз?

– Нет, ну я ещё понимаю нас можно ввести в состояние гипноза. А море? Ему же плевать, оно ведь море!
– с налёту разбил его очередную версию Андрей.

– Да, море плевать умеет, - видимо услышав последние слова, поддакнул Руслан, подтаскивая мусор в общую кучу.

Ребята заулыбались, а Андрей бодро проговорил:

– А вообще нам всем здорово повезло, что мы встретили Сэнсэя. Всего за один вечер и столько всего смогли узнать и увидеть, сколько бы за всю свою жизнь бы не увидели!

– Ну, допустим, не столько узнали, сколько увидели, - отпарировал Костик.
– Я, например, так и не понял, как он это делал.

– Ну, блин, тоже мне «Философ»! Твоей головой можно только дробить философский камень, - подтрунил его Андрей.
– Ничего, не горюй, подрастёшь, поймёшь.

– Можно подумать, ты что-то понял, - съязвил в ответ Костик.

– Теоретически - да. Осталось только лишь освоить практически, - рассмеялся Андрей.

– Не, Андрюхе, практику пока доверять нельзя, - весело заявил Руслан.
– А то он у нас такой парень: запустить получиться, а остановить потом никто не сможет.

Ребята засмеялись. Закончив свою работу, я пошла помогать Татьяне. Она возилась с уборкой возле палаток, которые укрепляли старшие ребята - Женя и Стас. Как оказалось, беседа парней была в том же духе. Однако они разговаривали тихо, стараясь не привлекать к себе внимания.