Кэл понимал, что у Маккензи были все основания проклинать его. То кошмарное утро оставило рану и в его сердце. Маккензи не догадывалась, чего ему стоило уйти тогда, после ночи, проведенной вместе. Слишком поздно он осознал, что неопытная простодушная девушка никогда не будет счастлива, если выйдет замуж за «презренного апача». Еще накануне, сгорая в огне страсти, Кэл убеждал себя в том, что они будут прекрасной парой. Но утром пришлось с головой окунуться в реальность. Такой женщине, как Маккензи, нужен был мужчина, способный защитить ее от всех напастей, а не человек, все имущество которого состояло из бритвы и второй пары мокасин. У него не было даже нормального имени! «Калифорнию Смит» придумал отряд, который «спас» его от апачей.

Когда Кэл сказал Маккензи, что уходит, в глазах ее застыла такая боль, что сердце его чуть не разорвалось. А потом, после ужасного нападения апачей, разоривших ранчо и убивших ее отца, Маккензи поверила, что Кэл действительно совершил жуткое злодеяние, в котором обвинял его Джефф. Кэл не стал ее переубеждать. Тогда он подумал, что пусть она так же ненавидит его, как он ненавидел себя сам.

Когда Кэл вернулся на «Лейзи Би», в пыльном воздухе чувствовался запах мимозы и жареной пищи. В окнах большого дома, барака и хижины управляющего горел теплый желтый свет; из барака доносился резкий металлический звук губной гармошки, заглушаемый время от времени взрывами хриплого смеха.

Кэл отыскал свободное место в конюшне и отвел туда своего огромного мерина. Затем перебросил через плечо свой седельный вьюк, шерстяные одеяла и направился к бараку.

Когда он открыл дверь и вошел, гармошка неприятно взвизгнула и смолкла. Мужчины, игравшие в карты за столом, прекратили разговоры и уставились на прибывшего. Усатый джентльмен, который строгал кусок дерева, развалившись на койке, отложил свою деревяшку и аккуратно вытер о брюки лезвие ножа. Другой человек, занимавшийся ремонтом сапога, вместо того, чтобы ударить молотком по гвоздю, попал себе по ноге.

– Дерьмо!

Он с размаху швырнул молоток на пол.

Один из тех, кто играл в карты, высокий худой мужчина с грязной серой щетиной на подбородке и седыми коротко стриженными волосами поднялся на ноги.

– Кого это еще принесло? – медленно пробасил он.

Кэл кинул свои вещи на ближайшую пустую койку.

– Принесло вашего нового управляющего, – так же медленно ответил он.

Глаза того человека сузились.

– Кажется, у нас уже есть управляющий. Со сломанной ногой.

– В таком случае вам требуется новый. Вы что-то имеете против?

Этот вопрос Кэл мог бы и не задавать – ответ был заранее ясен.

Остальные работники ранчо с любопытством наблюдали, как их представитель ведет разговор с новичком. – И как же тебя зовут, управляющий?

– Калифорния Смит.

– Калифорния Смит? Я слышал о тебе.

Он сплюнул комок табака в плевательницу, стоявшую возле стола, затем бросил изучающий взгляд на длинные волосы Кэла и его мокасины.

– Ты тот парень, который жил с апачами, когда был ребенком, верно?

– Да, это так.

– Так вот. Я – Джордж Келлер, и я терпеть не могу апачей и тех, кто с ними якшается. Да ты и с виду больше похож на индейца, чем на белого. Ты, наверное, на обед готовишь собачье мясо или что-то вроде этого?

Зрители засмеялись, и Келлер перешел к делу:

– Знаешь, я всегда думал, что апачи сношаются со своими бабами, как кони с лошадьми. Хотя, кто сможет обвинить их, если заглянет в лицо жене апача? Скажи-ка, Смит, апачи действительно трахаются через задницу, как в конюшне? Твой отец апач учил тебя этому?

Хохот Келлера присоединился к общему веселью. Кэл, не мигая, переводил взгляд с одного ковбоя на другого, и они, смотря на это бесстрастное напряженное лицо, чувствовали незнакомую силу в блестящих голубых глазах и один за другим переставали смеяться.

Келлер хохотал дольше всех. Наконец успокоившись, он стал ходить вокруг Кэла, рассматривая его со всех сторон.

– Знаешь что, Смит, я не люблю возиться со скотом, по натуре я боец. И я не хочу работать на эту спесивую бабенку. Но черт с ней! Мне нужны деньги, а деньги мисс Батлер ничем не отличаются от любых других.

Келлер оперся на стол и зло уставился на Кэла.

– А теперь, Смит, я скажу тебе, чего я не стану делать ни за какие деньги. Я никогда не стану выполнять приказы чертовых апачей! Любой из моих приятелей скажет тебе то же самое. Верно, ребята?

Те дружно подтвердили свое согласие. Кэл невозмутимо сказал:

– По-моему, сначала нужно проверить, кто из нас сильнее.

Где бы он ни появлялся, везде было одно и то же. Кэл привык к тому, что белые ненавидят его; они не могли простить, что его вырастили апачи. Белое население Аризоны ненавидело все, что было связано с апачами, даже если у тебя светлые волосы и голубые глаза.