На проспекте в такое время всегда многолюдно, так что смешаться с толпой не составило труда; да нас и не думал никто преследовать. Это так, профессиональная привычка. Мой спутник едва за мной поспевал и никак не мог отдышаться.

— Что, сердечко пошаливает? — поинтересовалась я, к своему удовольствию, ощущая прилив сил. И что бы там ни говорил внутренний голос, мне давно требовалась легкая встряска.

— Где это ты так лихо научилась махать кулаками?

— В английской спецшколе! Мата Хари — собственной персоной, — представилась я, не сдерживая раздражения. — Любимая ученица Джеки Чана. — Поблагодарить хотя бы догадался! Ты что, янки?

— Не понял? — у «типа» слегка отвисла челюсть.

— Тупо отвечаешь вопросом на вопрос, — пояснила я.

Брюнет сделал вид, что до него дошло:

— Я и в школе не любил физкультуру! — Мой выпад насчет его умственных способностей он проигнорировал.

— Оно и заметно.

— Ну, так как же тебя зовут? Меня — Владик, — продолжил «тип» попытку знакомства. Мое настроение снова упало до нуля, но Владик, видимо, не отличался особой наблюдательностью.

— Мне пора, — сказала я. — Тебе — налево, мне — направо.

— Слушай, хочешь я тебя до дома подброшу? У меня тачка здесь недалеко, на стоянке.

— Благодарю покорно, я уж лучше как-нибудь общественным транспортом, — мое воображение живо выдало эскиз двух разбитых автомобилей.

— Ну как хочешь, — пожал Владик плечами, оставив наконец меня в покое.

Очень сложно ближе к полуночи дождаться дежурного троллейбуса. А народа-то! Жуть! Что, сегодня праздник какой? Ноги предательски заныли, а для полного счастья сломался каблук. Вспомнив телевизионное «свежее решение», я оторвала и второй, выбросив его в урну как добропорядочная гражданка.

С трудом мне удалось втиснуться в переполненный троллейбус, где измотанная кондукторша в джинсах и темно-синей куртке от спортивного костюма натруженным голосом требовала оплатить проезд. Пока я рылась в кошельке в поисках мелочи, мое внимание сфокусировалось на знакомой спине. «Так, значит, инцидент себя не исчерпал», — пришла я к мрачному выводу и по привычке стала просчитывать ходы наперед, в сотый раз сокрушаясь, что шахматы так и не стали моей настольной игрой. Анализ ситуации подсказал мне два варианта развития событий, и не один из них меня не обрадовал.

Во-первых, если двукратная встреча с «типом» за один вечер носит случайный характер, то случайность эта — нелепая, а я не люблю нелепых случайностей. Мой личный опыт подтверждает, что вероятность такого рода казусов составляет один к десяти, не более. И эту возможность я отбросила сразу. Значит, наиболее вероятным представляется второй вариант и преследование «типа» носит характер намеренный. Естественно, возникает вопрос: каковы его намерения?

Я так увлеклась рассмотрением проблемы, что кондукторше пришлось дернуть меня за рукав ветровки, чтобы получить вожделенные рубли за проезд. Мне удалось вернуться к своим размышлениям, не выпуская «типа» из поля зрения.

Может, он агент конкурентов? Что-то не похож, но чем черт не шутит? «И на старуху бывает проруха», — любила повторять моя бабушка. «Тогда придется быстро сматываться, — решила я, — быстро и незаметно. А может, лучше пойти на контакт? Обдумаю по ходу действий».

На остановке брюнет не вышел, двери троллейбуса снова захлопнулись. Я ощутила себя неуютно, как в мышеловке. «Неужели под колпаком? — засомневалась я. — А ведь день так приятно начинался». Ну, ладно, вернемся к исходному. Кому я нужна и для чего? Кто еще может устроить слежку, если не конкурирующая фирма? Одно успокаивает: на киллера он не смахивает, да и не ввязывалась я последнее время в особо опасные авантюры. И все-таки от одного этого предположения кончики пальцев похолодели.

Наиболее вероятная версия — клиент. Не может никак до меня добраться и решил поиграть в детектива. «Начитаются тут всякие бульварной литературы!» — возмутилась я мысленно. Рекомендаций, видно, у него нет, номер телефона я после недавней неприятной истории сменила, в справочнике его не найдешь, сколько ни ищи, пейджер, как предусмотрительная девочка, перерегистрировала на чужое имя. Вот он и мается, бедный. Что ж, придется его вывести на чистую воду. А легкость, с какой он меня вычислил?! Мы в восхищении! — как говорил небезызвестный кот Бегемот. Да, тут уж не до веселья! Теряешь, Танечка, квалификацию!

Если не конкурент, не киллер и не клиент, то кто? Настойчивый донжуан? Нет, это и вовсе абсурд. Я так мастерски его отшила! И все же эта мысль польстила уязвленному самолюбию. Ну в этом-то мы сильны!

Тогда выход предельно прост: увеличить степень необходимого мастерства!

Когда моя последняя идея достигла своего апогея, какой-то проходимец вытащил у моего брюнета кошелек прямо из-под носа, а он на факт его утраты никоим образом не прореагировал.

«Вот, в самом деле, тридцать три несчастья», — огорчилась я и, подчиняясь бессмысленному импульсу, бросилась ему на помощь. Вор испытал на себе мой излюбленный прием, но, выскользнув из моих цепких объятий, выронил добычу и выскочил в распахнувшиеся двери, успев при этом нанести моему несчастному «типу» легкий порез бритвой.