— Конечно, знал. Только не стоит обвинять меня в жестокости, девочка. В равнодушии — да.

— В вашем случае это одно и то же! — бросила Алька.

Орон поболтал ложечкой в кружке с остывающим чаем и продолжил:

— Итак, я нашел вас и перебросил сюда. Удачно совпало, что вы все жили в одном городе, не пришлось тратить слишком много силы. Сделал так, чтобы вы оказались в моем бывшем доме — проще следить. И помогать. Да, помогать, не смотрите так на меня. Вы планировали побег — и путь шел рядом с горами, где недавно похоронили дайарену. Горное племя готовилось взять жертву и получило ее от росвелских стражников. Дорога для вас была открыта. И вот уже не думал, что на старости лет стану карточным шулером, — дрид засмеялся, точно закашлял. Лера холодно взглянула на Орона, и тот тут же оборвал смех.

— Подождите, а Кир? — вмешался Талем. — Он-то зачем вам понадобился?

— По двум причинам, — преувеличенно вежливо отозвался Орон. — Во-первых, ребятам нужно было устроиться в этом мире, а княжич бы их не бросил. Во-вторых — он дайар, внук дайарены. У нашего мира есть шанс получить очень сильного дрида. Или, если бы родилась девочка, — дайарену. Для этого нужно-то всего, чтобы расстроился сговоренный князьями брак Кира Отина с Елиной, княжной Сизелийской. И свершился другой — Рика с иномирянкой Марией.

— Что? — вырвалось у Машки. — Какой еще брак?

— Ну, не брак, главное — ваш ребенок.

— Но я… — девочка растерянно хлопала глазами. Рик обалдело переводил взгляд с Орона на Машу.

— Не любишь его, а он — тебя, — закончил дрид. — Но я смотрел в ведь-озеро: вы можете полюбить друг друга, не сейчас, так позже. Впрочем, давайте я расскажу все до конца. Да, я старался помогать. Много сил уходило на то, чтобы поддерживать «пригляд» за каждым из вас.

«Пригляд?» — Алька залилась краской. Так, значит, Орон видел все-все-все. Ну и скотина же!

— Вы убежали из Росвела, и я больше не мог пользоваться привязкой к дому. Тем более, как я уже говорил, черпать силу мне неподвластно. Так я остался без ног. Пару шагов до постели — вот и все, на что способен.

— Ах, как жалобно, я сейчас заплачу, — зло перебила Аля. — А как Михан Лешку избивал в подвале, а? Как Славку пытали — это так, мелочи жизни. Алешка, не надо меня за руки хватать! Пусть знает!

— Он и так знает, — заметила Сима.

— Да, знаю. А самое главное, я понимаю, что ошибся. К миру нельзя привязать ненавистью, даже спасая его. Это все равно, что высушивать подтопляемый лес, раздувая пожар. Да вы и сами это поймете, если вспомните Степных Волков.

Орон помолчал, выводя на скатерти узоры черенком ложки. Аля снова вложила руку в ладонь Алешки, тот сразу сомкнул пальцы.

— Я спас вас и вчера. Хорошо, Слава: сберег вас потому, что вы нужны этому миру. После я мог просто выставить вон, и все дела. Но я хочу исправить ошибку и потому говорю с вами, говорю откровенно. Да, ошибку нужно исправить.

— Вы вернете нас домой? — подскочила Маша.

У дрида взметнулись вверх брови:

— Нет. Я постараюсь сделать так, чтобы вы оказались связанными с нашим миром другими нитями.

Альку ровно кто ударил, даже слов не нашлось: сидела и открывала рот, точно выброшенная на берег рыба. У Машки задрожали ресницы.

— А вот уж нет, — вмешался Славка. — Я помню: мы имеем право потребовать, нам тэм Дарл сказал!

— Ну, право-то вы имеете, — согласился Орон. — Только получите ли вы его, вот вопрос. Не кричи! — махнул он рукой, останавливая Славку. — Сейчас все покажу.

С креслом дрид обращался умело, крутанулся влево, добрался до массивного темного шкафа в углу. Долго кряхтел, наклонившись к нижнему ящику. Вернувшись к столу, поставил перед собой — ровно в центр вытканного на скатерти гигантского цветка — странный предмет. Похоже на весы: две чашечки на цепочках. Но чаши ходили в половинках разрезанных продольно цилиндров, сверху у которых — воронки, снизу — стоки, ведущие в прозрачную чашу у основания весов.

— Ну вот и взвесим ваше право. На одной чаше будет мой поступок, на другой — ваши возражения. Если ваш груз окажется тяжелее — я верну вас обратно. Прикройте, пожалуйста, дверь — лучше, когда пространство замкнуто.

Тимс потянул ручку и остался там, у порога, настороженно поглядывая на Орона. Молодому ратнику было не по себе в обществе дрида, и если бы не друзья — смылся бы отсюда как можно скорее.

Орон выпрямился в кресле, прокашлялся. Аля сильнее сжала Алешкины пальцы: вот сейчас хозяин действительно похож на дрида, могучего мага.

— Я, Орон Тек-Росвелский, причинил зло этим детям только потому, что хотел спасти свой мир. Весь свой мир, стоящий на краю гибели.

Дрид провел пальцем по краю воронки, и та наполнилась тугой синей жидкостью. Замерла на мгновение и покатилась в чашу весов, оставляя на стенках цилиндра маслянистый след.