Шрифт:
– Ч…то?
– Беда впереди, Ян. – лицо молодого чернокнижника чуть побледнело. – Большая беда, я только сейчас разобрал. Поспешаем!
Встревоженный принц без слов взлетел в седло, и снова началась бешеная, неудержимая гонка.
Глава 2
Барон Дравен, гордый и всесильный хозяин в своих владениях, впервые в жизни не знал, что ему делать. Жизнь, казавшаяся не всегда лёгкой и простой, но всегда понятной, вдруг встала на дыбы и выдала такой фортель! Ещё сегодня ночью он гулял в замке своего друга и соседа, такого же как он, барона Мец. А сегодня… А сегодня, возвращаясь с парой солдат домой, он стоит в растерянности на берегу реки, отделяющей его от своего города и замка и не знает, не знает…
Мор. Страшный, неукротимый мор сегодня царит в его вотчине. Посему паром, переправляющий через реку, надёжно ошвартован у этого берега, всякое сношение с той стороной заблокировано, и всюду распоряжаются хмурые солдаты с ярко-жёлтыми значками на пиках. Карантинная команда.
«Приказано никого не пущать ни туда, ни сюда!» – с трудом сдерживая ярость, передразнил он командира солдат. Разумеется, никто не мог приказывать барону в его владениях, тем более что он направлялся внутрь оцепленной зоны. Но Фриц фон Дравен прекрасно осознавал, что помочь он там ничем не сможет. Поэтому и оставался на этом берегу, горяча коня в бессильной злобе…
Мимо, уныло качая головами, проехали назад от реки двое гномов на телеге, громыхающей кирками, лопатами, свёрлами и прочим железом. Ещё донеслось, как один из бородачей сипло проворчал такому же, как он, соседу, сидящему рядом с ним на облучке.
– Слышь, Нили, придётся в обход ехать. А это мало не седьмица пути…
Барон вздохнул, отвернулся и с высоты обрыва окинул взором скопище народу, повозок и животных на этом берегу. Затем взор его скользнул через ленту серой равнодушной воды туда, где над прибрежными кручами горделиво высились стены города и замка. Стены его города и его замка. Стены, в которых, быть может, именно сейчас умирают от мора его жена и сын. Его жена и его сын!
Барон поймал себя на желании взвыть, заорать во всё горло и броситься на кого-нибудь с обнажённым мечом в почти непереносимом желании хоть что-то сделать, хоть как-то отвести душу. Но невероятным усилием воли, еле слышно хрипя от сдерживаемого животного вопля, он задавил, загнал внутрь рвущийся крик. Ничего – ничего не поделать тут, на всё воля Богов…
Сзади, со стороны спускающейся к переправе дороги, раздались возбуждённые голоса. Барон нехотя обернулся, слегка перекрутившись в седле. Сначала ему показалось, что у него потемнело в глазах, ибо подъехавший всадник до жути был похож на молодого Императора. Затем только, затем он разглядел, что это принц Ян собственной персоной. Батюшки-светы! Но потом у барона точно потемнело не только в глазах, но и в голове, потому что пеший маг рядом с принцем был в чёрном плаще, и обращался с его высочеством запросто, по-свойски.
Барон очнулся, развернул и пришпорил коня, и в сопровождении своих солдат спустился с прибрежного холма к серой, пыльной ленте дороги.
Valle с любопытством оглядел сборище у переправы, уже начавшее разливаться широко, вверх и вниз по течению. Сердце его как-то нехорошо стукнуло, едва он заметил у самого парома солдат.
– Карантин! Вот оно что. – возбуждённо отозвался Ян, с высоты своего коня выглядывающий свою невесту. – Вон они, наши!
Он соскочил наземь и стал проталкиваться вперёд и чуть влево. Едва обогнули какую-то крестьянскую семью, основательно расположившуюся прямо на обочине дороги, как сбоку подъехал пожилой здоровяк и, спрыгнув с коня, согнулся в почтительном поклоне.
– Моё почтение, ваше высочество.
Принц нехотя притормозил и недоумённо оглянулся, отталкивая фыркающую морду своего коня.
– А-а… барон Дравен, если не ошибаюсь?
– Вы правы, принц Ян.
– Что тут у вас? – а глаза принца шарили, шарили по толпе, и вот – наконец встретились с широко раскрывшимися от радости глазами доньи Эстреллы.
– Мор, ваше высочество. Вчера карантин поставили. – угрюмо и тоскливо ответил барон, упрямо глядя куда-то мимо Valle, хотя того ну никак нельзя было признать за простолюдина.
– Причина? Откуда пошёл? – резко и требовательно спросил молодой некромант, игнорируя столь явную невежливость.
Барон только вздохнул и пожал плечами. – Неизвестно. Говорят только, что надежды нету – целители ничего не могут поделать.
– Valle, ты ведь не собираешься… – брови принца взлетели вверх, когда он заметил интерес друга.
– Ян… – тот горячо зашептал ему в ухо. – Даже если один шанс из десяти, что это по моей части, по чёрной… Всё равно я обязан попытаться спасти людей.
Принц несколько мигов с удивлением рассматривал своего товарища детских игр, друга и единомышленника, словно заново узнавая его. Затем дёрнул щекой и отвернулся.
– За мной. – бросил он уже на ходу.
Пожилой усатый сотник, командовавший карантинной командой, бросился напререз. Но фамильный перстень, кои имели право носить только члены императорской семьи, тут же блеснул перед его потным и злым лицом. Блеснул и исчез, сделав, однако, своё дело. Сотник вытянулся и взял на караул.