– Какой-какой, ну например помрет Агашка, вот тебе и форсмажор…

Ирме снова приснился сон.

На этот раз попросту ужасный сон.

Будто бы она ехала по Москве в новом темно-сером кабриолете и вдруг видит, посреди Кутузовского проспекта, не доезжая Триумфальной арки, стоят в левом ряду две машины с подъемными люльками и там в этих поднятых гидро-рукой подъемника люльках стоят рабочие в оранжевых комбинезонах и снимают растяжку с рекламным плакатом. С рекламным плакатом, на котором была она – Ирма Вальберс. И вместо этой растяжки, вместо этого плаката они вешают другой, на котором изображена Агаша…

И потом эти рабочие вдруг роняют полотнище, как раз, когда под ними проезжала Ирма в своем открытом автомобиле. И полотнище падает… Падает прямо на нее.

Утром вышла в столовую и там опять застала Игоря с Димой Поповым.

Но на этот раз прятаться не стала.

Приветливо улыбнулась, поздоровалась, как воспитанная девочка…

Налила кофе себе и предложила Диме Попову, но тот вежливо отказался.

Они опять перетирали с мужем что-то секретное и она явно им помешала.

Ирма выпила свой кофе и удаляясь к себе наверх, попросила Диму, если тому будет не трудно, довезти ее потом до Москвы до центра, а там дальше она сама на такси…

Дима и Игорь не возражали – это было обычным делом, чтобы Ирму отвозить на офисной служебной машине.

По дороге Ирма все не решалась начать задуманного ею разговора, но перед МКАДом встали в плотной пробке и Ирма пару раз нервно откашлявшись, вдруг спросила, – а что, Дима, дорого сейчас стоит нанять хорошего киллера?

Дима ничуть не изумился. Даром что ли бывший спецназовец – нервы стальные.

– А что значит хорошего? – невозмутимо спросил Дима.

– Ну, чтобы значит и дело сделал, и в случае чего заказчика не выдал, – сглотнув слюну. Ответила Ирма.

– Зависит от сложности, – скучающим взглядом окидывая впереди стоящие машины, ответил Дима, – президент фирмы, которого хорошо охраняют, это одна цена, а какой-нибудь никчемный задолжавший уличный сутенеришка – совсем другая цена.

– А проститутку девчонку убить? Сколько будет стоить? – спросила Ирма.

– Такую что вон у столба стоит? – уточнил Дима, – за триста грюников можно исполнителя найти…

Вообще, Дима был обязан донести Игорю Массарскому на его жену, что та интересовалась, сколько стоит киллер.

Так того требовал кодекс начальника службы безопасности.

Но буквально в этот же день на фирму Массарского, на его Инвест-Алекс-групп навалились триста несчастий.

Налоговая полиция, спецназ, выемка документов…

Не до бабьих глупостей им с Игорем было…

Когда позвонила Ирма, от вице-президента правления Алекс-Групп Игоря Массарского только что вышли люди из генеральной прокуратуры.

– Ты мне сейчас очень некстати звонишь, – раздраженно сказал Игорь, – давай вечером дома обсудим твои проблемы.

Вечером обсудить проблемы Ирмы в семейном кругу тоже не получилось.

Игорь до полуночи просидел со своими адвокатами, решая, как выкрутиться в условиях жесткого прессинга, под который угодила их компания, попав в немилость к руководству администрации Президента.

Игорю было не до того.

Его чуть живого привезла охрана и он едва раздевшись, рухнул в кровать, даже не сказав жене "спокойной ночи".

На утро Ирма попыталась было завести разговор о сопернице, но Игорь был настолько погружен в свои проблемы, что слушал жену даже не в пол-уха, а в четверть или в одну восьмую, отвечая невпопад или вообще не отвечая на ее пространные пассажи о соперничестве на телевидении.

– А твои люди из охраны, они могли бы ее убить? – спросила-таки Ирма, когда Игорь уже собрался уходить.

– Убить? Кого убить? – переспросил Игорь.

– Да ну тебя, ты, оказывается и не слушал меня, тебе на меня наплевать, – в сердцах посетовала Ирма.

Глаза ее были исполнены печали.

Игорь уехал.

Оставалось разве что отправиться к отцу – к Генриху Карловичу Вальберсу, бывшему члену ЦК партии, ныне работнику Алекс-групп, возглавляющему отдел внешних связей со странами ближнего зарубежья.

– Папа, дай наличных денег, – попросила Ирма, когда дочь с отцом расцеловались и выяснили на словах, что все друг у дружки в жизни и со здоровьем хорошо.

– А зачем тебе деньги? – поинтересовался старый Вальберс, – Игорь тебе разве мало дает?