— Почему? —удивление в мыслях.

— Я оперировал ее 4 раза. Каждая такая операция — страшная пытка. Но рано или поздно, искусственная нервная система начинает разрушаться. Зачем и дальше ее мучить?

— Ты хочешь сказать, что бесполезно дальше пытаться?

— Мы уже дошли до оживления. Ты собираешься заниматься этим каждый раз, когда она будет умирать? Должен же быть этому конец? Рано или поздно? Надежда — обычный человек, подумай об этом, прежде чем ее оживить.

— Дети останутся сиротами, Строггорн, она бы могла заменить им мать!

— Какой ценой для нее? Искусственное продление жизни — не всегда благо, —устало сказал Строггорн. — Разве не так?

— Так, —Лао вгляделся в безмятежно-спокойное лицо женщины. — Спи, Наденька, —он поднял край простыни и закрыл лицо женщины.

— Ну вот и хорошо, Лао.

— Я видел столько смертей в своей жизни и далеко не всегда мог помочь, но сейчас мне почему-то ужасно больно, ужасно, Строг, оттого, что ты прав, —сказал Лао и исчез в пространстве.

— Помогите мне добраться до спальни, — попросил Андрей робота, после того как Лао исчез.

— Нельзя. Советник приказал вызвать для вас врача.

— Нет! Ни за что! Я и так уже ничего не помню.

— Я не могу ослушаться приказа Советника.

— Но ты же отнес меня к нему?

— Это другое. Вы сказали, что от этого зависит жизнь человека.

— А ты выполняешь приказы, только если человеку может быть причинен вред?

— Не только. Еще я выполняю приказы Советника Лао и некоторых других Вардов.

— Тогда… — Андрей еще несколько секунд думал, стоит ли задавать этот вопрос. — Тогда… ты робот?

— Биоробот, — согласился мужчина.

— Врач причинит мне вред, — стараясь, чтобы это прозвучало убедительно, сказал Андрей.

— Ага, — робот повернулся и, к удивлению Андрея, улыбнулся. — Вряд ли вы сможете убедить меня в этом. Но я могу выслушать ваши аргументы, пока нас соединяют с врачом.

— А ты уже позвонил?

— Конечно. Невыполнение приказа возможно только в некоторых исключительных случаях.

— Каких это?

— Определенных. Это зависит от ситуации. Например, если выполнение приказа может причинить вред человеку. Впрочем, если хотите, я могу позвать человека — слугу. Для этого его придется разбудить.

— Не нужно, — Андрей нахмурился, пытаясь придумать для робота «аргументы», пока размышления не прервал зазвучавший сигнал, по которому робот сразу подошел к терминалу.

Объяснение заняло несколько минут, после чего робот подхватил Андрея на руки.

— Куда ты меня опять тащишь?

— В операционную.

— Отпусти, пожалуйста, я не хочу! — Андрей попытался вырваться из железных объятий робота.

— Не нужно, Лиде. Вы можете повредить себе что-нибудь, и это будет лишним аргументом показать вас врачу.

Закусив губу, Андрей перестал сопротивляться. Робот внес его в большое помещение, в котором горел яркий свет, и положил мальчика на операционный стол. Освободившись из железных объятий, Андрей тут же сел и попытался соскользнуть на пол. Голова по-прежнему кружилась, и если бы не сильные руки, вовремя поймавшие его, скорее всего он бы что-нибудь себе разбил.

— Куда бежим? —спросил мужчина с удивительными зелеными глазами, после того, как снова уложил мальчика на операционный стол.

— Кто вы?

— По всей видимости, врач, которого ты так ужасно боишься, хотя я не сделал тебе абсолютно ничего плохого. Меня зовут — Советник Диггиррен ван Нил. Так ты расскажешь мне, чего ты так испугался?

— Я не знаю, что со мной делали. Советник Строггорн убедил меня, что если мне не помочь, я сойду с ума. Я — поверил ему, хотя теперь уже не знаю, может и зря. Я ничего не помню теперь, даже мать и отца!

Диггиррен сел рядом с мальчиком на стул, решив сначала просто поговорить с ним и успокоить.

— Я думаю, у него были серьезные причины сделать это. У тебя была разрушена Вард-Структура. И это действительно очень опасно для Варда.

— Но я… я… не Вард! Просто умею читать мысли.

— Что ты хочешь сказать? Ты не давал согласия стать Вардом?

— Да меня вообще ни о чем таком не спрашивали! —Андрей готов был разреветься от несправедливости того, что происходило.