– Неплохо бы перекусить, – сказал он в ответ. – Что ты предлагаешь?

– В такой холодный вечер я люблю выпить перед сном чашечку горячего шоколада, – сказала Анна.

Звучит замечательно! Люк стоял и смотрел, как она достает из шкафов необходимые ингредиенты.

– Я держу несколько пачек растворимого шоколада на всякий случай, – объяснила она, – но мне больше нравится, когда он сделан по-настоящему.

– Мне тоже, – одобрил Люк. Она рассмеялась:

– Ваше Высочество, спорим, вы в жизни не пробовали горячего шоколада, сделанного из растворимой смеси?

– Анна Лейн, я вообще не пробовал горячего шоколада с самого детства.

Анна даже не сразу нашлась что сказать.

– Что, в высшем свете этот напиток не уважают?

– Ни в коем случае. – Люк оперся рукой о стойку совсем рядом с ней. – А печенье к нему у тебя найдется? – послышался его голос у самого ее уха.

– Только что испекла. Посмотри в банке.

Когда он отошел, Анне стало немного легче.

Две недели, прожитые в одном доме с Люком, нисколько не притупили ее реакцию на него. Рядом с ним она вся таяла, как тот шоколад, который она только что положила в кастрюльку с горячим молоком, стоявшую на плите.

Люк снял крышку с толстой керамической банки.

– Ммм, – протянул он, жуя. – Как это называется?

– Сахарное печенье, – ответила она, в который уже раз изумляясь, что принц не знает таких простых вещей.

– Они очень вкусные… ммм… – пробормотал он, принимаясь за следующее печенье.

Анна протянула ему тарелку:

– Может, положишь несколько штук на тарелочку, к шоколаду, пока там еще осталось?

Они уютно устроились за низеньким откидным столиком, ели, пили и сумерничали – горела только лампа над плитой. Люка вдруг поразила мысль, что он совершенно счастлив, безо всякой видимой причины. С тех пор как он поселился здесь, такие моменты случались все чаще. А может, он просто научился ценить их.

Анна же смотрела на него и думала, как мало он напоминает того нетерпеливого монарха, что мерил шагами ее кафе всего две недели тому назад. Он заметно оттаял с тех пор, как стал обыкновенным человеком. Но напряжение, прятавшееся внутри его, никуда не ушло. Анна знала, что он постоянно помнит о назначенном сроке.

– Как у тебя, Люк? – спросила она тихонько.

Люк понял ее с полуслова. Он поставил свою кружку на стол.

– Не знаю, – честно ответил он. – Не знаю, право, как должны обстоять дела на данном этапе.

– А как они обстоят?

Люк пожал плечами.

– Трудно провести различия между ними. Все они очень славные, простые девушки, но я не сомневаюсь, что любая из них с успехом могла бы войти в общество в роли принцессы. И все они как будто любят детей. Вот захотят ли они иметь своих – это довольно деликатный вопрос.

– Да, – тихо согласилась Анна.

– Я хочу сказать, не может же мужчина заговорить на эту тему с женщиной, с которой всего несколько раз встречался. Может быть, между собой вы более откровенно обсуждаете такие вещи?

– В большинстве случаев – да, – признала Анна. – По крайней мере, эти девушки часто делятся со мной своими тайнами. Я уже говорила тебе, Шэннон отчаянно хочет ребенка. А Мерилин говорила мне, что хотела бы завести еще детей, пока двойняшки не слишком большие.

– А остальные три? Они вроде все увлечены работой.

– Я совершенно точно знаю, что каждая из них тотчас уволилась бы, при малейшей возможности выйти замуж и завести детишек.

Каждая из них. Но не сама Анна, подумал Люк. Почему же она так сильно настроена против детей? Он встал и подошел к окну.

Анна тоже встала.

– Люк, что случилось?

Он тряхнул головой, отгоняя мысли об Анне и сосредоточиваясь на пятерых девушках, которые годились ему в жены.

– Ничего не случилось. Все в порядке. Благодаря тебе мое положение за две недели в корне переменилось. Теперь я могу выбирать из пяти девушек, любая из которых могла бы стать мне подходящей невестой.

– Но?.. – подсказала Анна.

– Они как раз такие, каких я хотел найти.

– Но…