Отдание Сретения не всегда бывает 9 февраля, потому что Сретение попадает на период, когда уже может начаться Постная Триодь, и в Типиконе относительно Сретения существует великое множество Марковых глав, в которых рассматриваются случаи совпадения Сретения с разными днями пения Постной Триоди. В зависимости от этого может и сокращаться попразднство Сретения. Второй день праздника имеет особое посвящение. На следующий день после Рождества — Собор Пресвятой Богородицы, на следующий день после Крещения — Собор Иоанна Предтечи, а после Сретения — память свв. праведных Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы.

25 марта по старому стилю — Благовещение Пресвятой Богородицы, и здесь мы опять застаем совершенно особый момент в истории богослужения, когда древний Господский праздник стал Богородичным. В древности Благовещение называлось днем Воплощения и праздновалось как Господский праздник, мы же празднуем его и воспринимаем как чисто Богородичный. Помните его тропарь: «Днесь спасения нашего главизна…» Про Благовещение существует не меньше Марковых глав, чем про Сретение, потому что там тоже огромное количество вариантов совпадения с разными днями Триоди Постной и Цветной.

Богослужение праздника сконцентрировано на том диалоге, который произошел между Архангелом Гавриилом и Пресвятой Богородицей и изложен подробно в Евангелии (Лк. 1:26-38). Наиболее ярко этот диалог представлен в каноне, но и в других местах тоже. Например, есть такая стихира: «Благовествует Гавриил Благодатней днесь: радуйся, неневестная Мати и неискусобрачная, не удивляйся странному моему зраку (т. е. странному виду), не ужасайся, Архангел бо есмь. Змий прельсти Еву иногда, ныне же благовествую Тебе радость: и пребудеши нетленна, и родиши Господа, Пречистая».

Видите, какое интересное противопоставление беседы Архангела Гавриила с Богородицей и змея с Евой. Он говорит, что змей обманул Еву, а я говорю Тебе истину. И затем канон, который в основной своей части является творением свт. Феофана, митрополита Никейского (это гимнограф IX в.). Этот канон представляет собой диалог Архангела Гавриила и Пресвятой Богородицы, и теперь (так было не всегда) в нашем богослужении он читается с особыми припевами «Богородица рече» и «Ангел возопи». И каждый тропарь представляет собой речь одного из участников этого диалога. В тот момент, когда Пресвятая Богородица спрашивает: «Как сие будет?», т. е. как это может быть, то, о чем ты говоришь, в уста Архангела влагаются такие слова: «Ищеши от мене уведети, Дево, образ зачатия Твоего, но той несказанен есть, Дух же Святый, зиждительною силою осенив Тя, совершит». Ты хочешь узнать, как это произойдет, но это несказанно, объяснить невозможно. А Пресвятая Богородица вспоминает Еву: «Моя прамати, приемши разум змиин, пищи Божественныя изгнана бысть, темже и аз боюся целования (целование — приветствие) страннаго твоего, стыдящися поползновения». Еву обманул змей, и я тоже боюсь, опасаюсь обмана.

В Евангелии говорится, что Пресвятая Дева смутилась, смешалась (Лк. 1:29), т. е. Она не сразу приняла слова Архангела, а пыталась их осмыслить и пережить. А в каноне Архангел ей снова говорит: «Божий предстатель, послан есмь Божественный поведати Тебе совет. Что мене боишися, Всенепорочная, паче Тебе боящагося? Что благоговееши мне, Владычице, Тебе честно благоговеющему?» Ты боишься меня, а я сам боюсь того, что говорю, потому что происходит нечто невероятное.

Дальнейшее развитие канона и этого диалога приводит, наконец, к тому моменту, когда перефразируются евангельские слова «Се раба Господня, буди Ми по слову твоему» (Лк. 1:38). В 8-й песни канона происходит это принятие и утверждение воли Божией. «Являешися Мне истины вещатель (я верую тому, что ты говоришь), — рече Дева, — радости бо общия пришел еси благовестник. Душу убо очистих с телом, и по глаголу твоему буди Мне, да вселится Бог в Мя, к Немуже вопию с тобою: благословите, вся дела Господня, Господа и превозносите Его во веки». Прежнее столкновение, непонимание в этом диалоге, в этой беседе, исчезает в конечных песнях канона, и появляется согласный, радостный гимн. И, конечно, Воплощение Сына Божия могло быть только тогда, когда Пресвятая Богородица ответила согласием: «Являешися Мне истины вещатель», я верю, что твои слова — это слова Всевышнего.

Каждый год служба на Благовещение является словно в новой одежде, в новом обличье из-за различных сочетаний с днями Триоди Постной или Цветной. Праздник может попасть на любой день от четверга третьей седмицы Великого поста до среды Светлой седмицы. Один вид принимает этот праздник во един от дней постных и совсем другой — скажем, в Великий Четверг. Для каждого случая Типикон дает развернутый и подробно изложенный порядок богослужения, в котором отразится и иерархия праздников, и стремление к такому их сочетанию, которое не будет ущемлять одну из частей.

После Благовещения празднуются важнейшие праздники церковного года, относящиеся к переходящим: Вход Господень в Иерусалим, Пасха, Антипасха, Преполовение, Вознесение, Троица. А мы сейчас перейдем к следующему после Благовещения неподвижному празднику, отмеченному знаком «крест в круге», это Рождество Иоанна Предтечи.

Самое авторитетное свидетельство об этом святом принадлежит Господу нашему Иисусу Христу, Который сказал, что из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя (Мк 11:11). Подобающее этому свидетельству место и занимают праздники Предтечи в православном богослужении, их семь в церковном году и два из них — великие.

Праздник этот совершается по обычному уставу для бденной службы святому, и подробно описывать его не имеет смысла. Но значение этого святого и этого праздника отмечено в богослужении тем, что на утрени первым читается канон Иоанну Предтече, не предваряемый каноном Пресвятой Богородице.

Хотелось бы привести два текста, полные поразительно удачных и ярких образов, которые находят гимнографы для прославления Иоанна Предтечи. Так говорится в одной стихире (Слава на хвалитех):