В той же статье он оспаривает сходную его предложению версию происхождения славянского buk – «бык»: «Ошибочна в фонетическом отношении гипотеза Шахматова (Afsl Ph 33, 87 и cл.) о заимствовании из кельтского boukko – «корова» ». Однако, не только в «фонетическом отношении» спорна «эта гипотеза»: направленность семантического и морфологического развития (да и фонетического) прямо противоположна реальному: наименования коровы, телёнка, барана, козы, лошади могут происходить от названия быка, но никогда – наоборот. Это положение, мне кажется, по праву может претендовать на статус универсалии.

Название «речи быка» стало исходным, отправным для обозначения «языка» других животных: mugio – 1) «мычать», 2) «гудеть», 3) «греметь»; mugitus – 1) «мычание, 2) «шум, шелест, треск, гул, скрип»; mugitor – 1) «ревущий», 2) «гудящий» (лат.); bukati – 1) «мычать», 2) «хрюкать» (словен.); boukati – 1) «мычать», 2) «реветь» (чеш.); bukkati – «лает»; bukkaras – «рёв льва» (др. — инд.); букать, бухать – 1) «глухо, протяжно кричать», 2) «жаловаться» (рус.). В болгарском бухам – «кричать» (о филине).

Мы вправе присоединить к этой группе и тунг. mura – 1) «мычать», 2) «реветь», 3) «рычать», и тюрк. mora, mara, m"ora – 1) «мычать», 2) «реветь», 3) «блеять».

Если основы этих глаголов восходят к bu/mu — «бык», то наименее развитым фонетически оказывается mu – «печаль, тоска» (тюрко–кипч.). Звук u – из всех гласных самый минорный. (Такое отношение к бычьему сонанту, полагаю, выработалось в эпоху солнцепоклонничества, когда быка стали приносить в жертву солнцу.)

Бычья тема в тюркских языках достаточно выпукло проявляется.

I – muuz, mous, muguz, mus, muos, muinus = buinus, boinuz – 1) рогатое животное (др. — тюрк.), 2) рог, рога животного (уйг., тур., уз., гаг. и.д.). Одно из реликтовых слов, сохраняющих «индоевропейское» окончание мужского рода: mu–us – 1) бык, 2) рога.

В тюркских словарях отложились все возможные варианты консонантизма имени быка, выступающего в качестве корневой части в производных типа:

II – bulan, bolan – 1) олень, 2) лось.

III – buzla, bozla – 1) мычать, 2) реветь, 3) кричать и др.

…И, наконец, ещё об одном понимании знака «копья». Мы рассмотрели: bu–ha > buha – 1) «не бык», 2) «малый бык», 3) «малорогий», 4) «безрогий»…

Пятая семантическая позиция выражает толкование протомонгольского грамматиста: buh – «бык», buha – «олень» (монг.). Единственная пара антислов, сохранившихся в одном языке. Монгольский грамматист, наблюдая сложный знак, увидел предметное значение: 5) «многорогий».

Прототюрки заимствовали это слово дважды. Первый раз в период, когда в их языке действовала гармонизация гласных шумерского типа: buha > buhu – олень (общетюрк.).

В другой раз: buha > buka, buha, puha, bua, puga, bucca, byka – 1) «олень–самец», 2) «бык» (общетюрк.). (Хотя в тур. диалекте Севортян находит: buka, buha – «дикая корова»4.) Из тюркского – в иранские и кавказские языки.

В банту, вероятно, соответствует mbogo – «буйвол» («большой бык»).

В тунгусском: muha, moha – 1) «бык», 2) «самец», 3) «мужчина»

1) См. об этом фонетическом законе в книге «Язык письма». Стр. 188.

2) Ttistano Bolelli, Dizionario etimologico della lingua italiana. Milano, 1994, стр.295.

3) Giacomo Devoto. Dizionario etimologico. Firenze, 1968, стр.275.

4)Э.В.Севортян «Этимологический словарь тюркского языка», М.1978, т.2, стр.237

Язык племени Быка

Рассматривая слова из самых отдалённых друг от друга языков – видишь их, подчас, полное материальное и морфологическое, и фонетическое соответствие. Словно это лексемы из диалектов одного языка. Или, по крайней мере, одной языковой семьи. Уместно подразумевать причинностью таких неслучайных сходств – весьма давние контакты языков. Но впервые, собрав их в одно лексическое гнездо, мы вправе предположить и другое – восхождение их из общего источника – диалектов праязыка человечества. Тогда возраст этих образований, а значит и знаков первоиероглифического письма необыкновенно возрастает. Слово и письменный знак творились в условиях взаимозависимости в одни времена.