Вульфгар кивком предложил ей спускаться и завершить все приготовления, и Кэтти-бри, окинув его любопытным взглядом, захромала вниз, пользуясь Тулмарилом в качестве трости. Даже на ходу она несколько раз оглядывалась, стараясь понять происходящую за ее спиной сцену. Вульфгар очень серьезно сказал что-то троим приятелям, потом каждого по очереди обнял. Последним был Дзирт. Вульфгар крепко сжал запястье дроу, и тот ответил ему тем же жестом. Они долго смотрели друг на друга, словно заключая, как показалось Кэтти-бри, какое-то важное соглашение.

Она подозревала, в чем кроется смысл их договора, но затем выбросила из головы все догадки и сосредоточила внимание на реке и пароме.

— Идем, эльф! — воскликнул Бренор, даже не дождавшись, пока Вульфгар догонит Кэтти-бри по пути к парому. — Я хочу перед походом привести в порядок карты. Нечего терять время попусту.

Дворф, бормоча что-то себе под нос и потирая руки, двинулся к крепости. Реджис и Дзирт постояли еще немного и последовали за ним. Они одновременно замедлили шаг у открытых дверей и обернулись к реке и поднимавшемуся над ней солнцу.

— Для меня лето никогда не приходит слишком рано, — промолвил Реджис.

Дзирт не ответил, но по его лицу было видно, что у него нет возражений.

— Хотя я почти боюсь его, — немного тише добавил хафлинг.

— Из-за того, что могут прийти орки? — спросил Дзирт.

— Из-за того, что могут не прийти другие, — сказал Реджис и бросил взгляд на паром, где двое друзей смотрели не назад, а на восток.

И снова у Дзирта не нашлось что возразить. Вероятно, Бренор был слишком занят, чтобы это понять, но опасения Реджиса подтверждали подозрения Дзирта относительно Вульфгара.

— Пуэнт пойдет с нами, — объявил Бренор, когда тем же днем Реджис и Дзирт присоединились к нему в зале для аудиенций.

С этими словами он достал из-под своего каменного трона рюкзак и протянул его Дзирту.

— Вы отправитесь втроем? — задал вопрос Реджис, но прикусил язык, когда Бренор, нагнувшись, вытащил второй рюкзак и бросил его в сторону хафлинга.

Реджис негромко взвизгнул и постарался увернуться. Но рюкзак не долетел до пола, подхваченный протянутой рукой Дзирта. Дроу так и продолжал держать рюкзак на весу, предлагая его ошеломленному хафлингу.

— И мне не нужен проводник, поскольку проводником будешь ты, — пояснил Бренор. — Кроме того, ты единственный, кто был в том месте.

— В том месте?

— Ну да. Ты же провалился в дыру.

— Я был там всего несколько минут! — запротестовал Реджис. — Я даже ничего не рассмотрел, кроме пово…

— Только из-за этого тебя можно считать экспертом, — постановил Бренор.

Реджис взглядом обратился к Дзирту за помощью, но дроу стоял молча и все так же держал на вытянутой руке походный мешок. Увидев на лице Бренора неумолимую усмешку, хафлинг обреченно вздохнул и взял рюкзак.

— Торгар тоже пойдет, — продолжил Бренор. — Я хочу, чтобы в этом деле с самого начала приняли участие парни из Мирабара. Гонтлгрим создан кланом Делзун а ребята Торгара как раз из клана Делзун.

— Значит, пятеро? — подсчитал Дзирт.

— С Кордио будет шестеро, — поправил его Бренор.

— Завтра утром? — уточнил Дзирт.

— Весной, в первый день тарсака, — заспорил Реджис, но довольно безнадежно, поскольку уже держал в руках походный мешок.

Не успел он договорить, как увидел, что через боковую дверь вошли Пуэнт, Торгар и Кордио, все с тяжелыми рюкзаками на плечах, а Пуэнт еще и в полном комплекте доспехов, усеянных шипами.

— Нет лучшего времени, чем сейчас, — объявил Бренор.

Встав с трона, он издал пронзительный свист. Противоположная боковая дверь распахнулась, и в зал вкатился Банак Браунавил. Следом за ним двое молодых дворфов внесли доспехи Бренора, сделанные из мифрила его однорогий шлем и старый боевой топор, участвовавший во многих битвах.

— Похоже, что нашего мнения тут никто не спросил, — сказал Дзирт Реджису, всем своим видом выражающему крайнее недовольство.

— Ты получаешь от меня трон и этот зал. — С этими словами Бренор спустился с возвышения и крепко пожал протянутую навстречу руку старого друга. — Не становись слишком хорошим правителем, а то народ не захочет моего возвращения.

— Это невозможно, мой король, — ответил Банак. — Я верну их тебе, даже если придется силой тащить людей к трону.

Бренор ответил на эти слова широкой улыбкой, и его белые зубы ярко блеснули из-под рыжей бороды. Лишь немногие члены клана Боевого Топора могли разговаривать с ним так откровенно, но Банак давно заслужил такое право.

— Я ухожу с миром, потому что знаю, что за моей спиной остаешься ты, — со всей серьезностью произнес Бренор.

Улыбка слетела с лица Банака, и старый воин с благодарностью кивнул.