Гэйлорд с прежней развязностью откинулся на спинку стула и сплел пальцы, сложив их на животе вроде домика.

— Ах, очаровательная Шанна, вы просто снежная королева, не так ли? Недотрога! Примерная жена!.. Но шутки в сторону. Вы далеко не такая примерная, дорогая, если пошли на отвратительную ложь. Настало время расплачиваться за нее.

— О чем вы говорите?

— О вашем браке с Джоном Рюарком, естественно. Ведь вы не хотели бы, чтобы о нем кто-нибудь узнал, не правда ли?

«Он не знает, что это уже ни для кого не секрет», — подумала Шанна, решив выслушать его объяснения дальше.

— Вы хотите выудить у меня деньги, сэр? — нахмурилась Шанна.

— О нет, прекрасная леди. — Он поднялся на ноги и, приняв равнодушный вид, подошел к Шанне. — Ничего похожего! Мне просто нужна ваша помощь. Если бы вы могли убедить вашего отца вложить кругленькую сумму в судоверфь, принадлежащую моей семье, я всю жизнь молчал бы о вашем браке с Рюарком и не стал бы сообщать властям, что ваш муж в действительности беглый преступник.

Шанна с трудом сохраняла бесстрастный вид.

— Откуда вы об этом узнали?

— Этот болван Ролстон рассказал мне, что он купил в тюрьме убийцу, которого звали Джон Рюарк. Я внимательно изучил заметки отца о суде над вашим мужем. Разумеется, это был Рюарк Бошан. Что меня озадачило, так это ваш брак с этим негодяем. Я считал, что его повесили, и был удивлен тем, что вы выдаете себя за его вдову. По документам моего отца выходило, что он холостяк. Я никогда не видел Рюарка Бошана, но после откровений Ролстона понял, что Джон Рюарк и Рюарк Бошан — одно и то же лицо. Значит, ваш брак был заключен в тюрьме?

— Вот именно. Что вы будете делать, если я выполню вашу просьбу?

— Естественно, вернусь в Лондон.

Шанна сначала вздумала посмеяться над ним, но любопытство заставило ее продолжить разговор. В сознании Шанны зародилось смутное подозрение. Она заговорила снова тем же полусердитым тоном:

— Мне кажется, сэр Гэйлорд, что вы часто нуждаетесь в деньгах. И, тем не менее, живете на широкую ногу. Не приходилось ли вам занимать деньги у вашего друга Ролстона?

— Ну и что, если так? Это не ваше дело!

— Разумеется, не мое, — улыбнулась она, чтобы улестить собеседника. — Просто у него на пальце очень дорогое кольцо, и он говорит, что оно досталось ему в уплату долга.

Рыцарь, казалось, успокоился.

— В самом деле, я занимал у него большую сумму и расплатился старинной камеей.

— А откуда у вас это кольцо?

— Один шотландец дал мне его также в возмещение долга.

— Как много на свете долгов!

— Вы очень интересуетесь этим кольцом, мадам? — Голос Гэйлорда выдавал некоторое смущение. — Этот идиот Ролстон настаивал на том, чтобы получить долг именно в виде кольца.

— Мне хотелось бы знать еще одно. — Шанна попыталась сменить тему. — Как вы узнали, что Джон Рюарк мой муж? Мало кто был посвящен в эту тайну. Не пойму, кто бы мог…

Внезапно по спине Шанны пробежал холодок. Она подошла к окну и раздернула шторы. Комнату залило солнечным светом.

— Об этом знали только Питни… и Милли, — продолжала она. — Питни я доверяю полностью. Стало быть, вам сказала об этом Милли. Бедняжка Милли, она была беременна… — Внезапно голос изменил Шанне. Она все поняла. — Вы! — в ужасе воскликнула она. — Милли! Это вы ее убили!

Глаза Гэйлорда сузились. Шанна только сейчас поняла, какая опасность ей угрожает. Она рванулась к двери, но Гэйлорд без труда схватил ее за руки и с силой оттолкнул назад, так что она упала на кровать. Над ней угрожающе нависла его высокая фигура, в любой момент готовая наброситься на нее. Шанна молила Бога, чтобы Рюарк скорее вернулся.

— А, эта Милли! — усмехнулся Гэйлорд. — Не думайте, что вам удастся избежать такой же судьбы. И держите язык за зубами, миледи.

Он вынул из кармана плетку и стал угрожающе похлопывать ею по руке. Шанна вспомнила длинные рубцы на теле Милли и ноздрях Аттилы. Гэйлорд принялся вышагивать по комнате, злобно сжимая кулаки.

— Эта дешевая потаскуха! Эта дочка торговца рыбой! Ах! Она забеременела и воображала, что заарканит меня таким образом. Ничего у нее не вышло! Да, вот именно. Она вопила о пощаде и клялась, что ничего никому не скажет. Но и это ее не спасло!

Сердце у Шанны замерло. Она представила себе забитую до смерти Милли, умолявшую этого рыцаря короны сохранить ей жизнь. Этот человек безумен. Он может убить ради забавы. Несомненно, девушку в Лондоне убил он, и потому, что она ему мешала. Шанна поняла, что и в ней самой он будет теперь видеть угрозу разоблачения…