— Отличная работа, спасибо, — сказал я.

Большую часть вечера мне удавалось избегать общества Моны Мерриман, но она все же выловила меня в конце концов по пути к бару, и мне пришлось предложить ей свое сопровождение.

Она вложила ручку в блокнот, со вздохом запихнула все это в сумочку и щелкнула пальцами, заказывая выпить.

— Когда-нибудь, — сказала она, — мне захочется написать что-то правдивое, не искаженное, не выдуманное, не высосанное из пальца, и мне кажется, что я не сумею.

— Ты даешь публике то, чего она хочет, — поднял я свой стакан. — Твое здоровье.

— И твое. — Она залпом осушила стакан и велела бармену налить еще. Мона махнула бокалом в сторону праздношатающейся толпы и скривилась: — Ты только погляди на них! Усердно поработали над своими сиськами и прическами — и теперь делают стойку.

— По поводу чего?

— Ты что, издеваешься, мой большой друг?! — изумилась она до глубины души.

— Не-а.

— Черт, да тут не найти ни одного, кто не бился бы за право сняться в этой идиотской картине. Сегодня каждого, кто хоть как-то связан с «Кейбл-Ховард», разложат по кроватям в надежде заполучить хоть маленькую роль, пусть даже в массовке. Погляди на парней. Эти тоже не отстают. Как только рабочий сценарий будет готов, он моментально разойдется в пиратских копиях по всему городу, так что каждый актеришка сможет не спеша ознакомиться с ним.

— Бред какой-то, — сказал я.

— Нашим жеребцам от этого только польза. Операторы пойдут в народ. Будут бродить, осматривать задницы и вырежут все, прежде чем глупые дамочки поймут, что ими просто попользовались. — Она махнула рукой в сторону вульгарно размалеванной особы средних лет, строящей глазки двум молодым и весьма привлекательным парням. Один из них показался мне смутно знакомым. — В эту игру играют не только дамочки. Вон там, видишь? Это Сильвия Поттер. Ее муж — помощник режиссера Кейбла. Она занята тем, что выбирает себе мальчика на эту неделю, который будет готов отдать ей свое молодое здоровое тело, потому как уверен, что она обязательно сведет его со своим муженьком.

— И как, она это сделает?

— Некоторым счастливчикам непременно повезет. Сунут его куда-нибудь, где он сможет меньше всего навредить. И Билли Поттеру придется смириться, а то милая женушка натравит на него и его подружек прессу и уберется прочь, оттяпав половину состояния. — Мона снова приложилась с виски. — Грязный бизнес.

— Неужели картина стоит всего этого?

— О, это будет кассовый фильм. Он просто не может провалиться. В его съемки вбухают пять миллионов, а прибыль получат в десятикратном размере. Ты читал книгу?

— Да как-то все времени нет. Хорошая?

— Роман о большом сексе, — пояснила Мона. — Жизнь и любовь в провинциальном фабричном городишке девятнадцатого века. Кругом панталоны и нижние юбки, мужики, на ходу расстегивающие жилетки. Знаешь, «молния» — великое изобретение. Теперь у парочки всего секунд десять уходит на то, чтобы скинуть с себя абсолютно все.

Я изобразил недоверие.

— Ладно, мудрец ты наш, мне надо больше. В моем возрасте приходится шить специальное нижнее белье, и понадобится время, чтобы расстегнуть все это.

— Могу поклясться, что дело того стоит.

— Попробуй, и увидишь.

— Осторожней, а то поймаю тебя на слове.

— Не пори чепухи, ты в том же стойле, что и все эти жеребцы. Заметил, как на тебя начали поглядывать, как только узнали, что ты знаком с Уолтом? На твоем месте я выжала бы из этого все, что можно.

— Скажем так, я слишком разборчивый.

— В этом как раз никто не сомневается. Вроде как... с Шейлой Макмиллан?

— У тебя извращенный ум, детка. Я только сегодня с ней познакомился.

— Тогда позволь предупредить тебя... она любитель подразнить. Именно это доводит ее мужа до ручки. Холодная, как яйца пингвина, но прекрасная. А ведь и не подумаешь, глядя на нее, правда? И вся эта плоть пропадает зря.

— Откуда тебе известны такие подробности?

— Там услышу, тут увижу. Кросс за стаканом бурбона как-то поделился горем с одним своим приятелем, партнером по бизнесу, а тот, в свою очередь, оказался моим другом. Хотя по большей части все сплетни распускают слуги.

— И ты веришь всему, что слышишь?

— Почти ничему не верю, — сказала она, — но в данном случае это чистая правда. Как ты думаешь, откуда у него звериная хватка в финансовых делах? Получает оргазм, трахая мир бизнеса. А что остается? Он бы многое отдал за то, чтобы хоть раз как следует трахнуть свою собственную жену, но, видать, этому никогда не бывать.

— Зачем же он тогда женился на ней?

Мона поставила пустой стакан на стойку бара и поглядела на меня так, будто я только что вылез из пеленок.

— Да потому что он без ума от нее, любит, вот почему. Я думаю, что и она тоже любит его, но когда дело доходит до секса, тут же об этом забывает.