— Много? — резко осведомился Главный Советник, между тем осматривая зал над лестницей, который был захвачен уже полностью.

Человек сто — сто пятьдесят, — неопределенно произнес воин. — Там спиральная лестница, где гвардейцы заняли оборону… У них копья, мы так до вечера с ними не сладим: можно обойти, но опасно. Нам нужны лучники, этих парней на мечах не взять.

Маттео выругался, помянув поочередно всех богов от Орнеллы до Имиронга. Он знал, о чем говорил воин. Узкая спиральная лестница и каменные стены — двое воинов вполне могли сколь угодно долго удерживать в этом месте пытающегося прорваться противника. А ведь там их было значительно больше двух… Быстро проанализировав ситуацию, Маттео понял, что главный удар нужно сосредоточить на защитниках галереи. Если воинам уже была видна спиральная лестница, значит, пройти оставалось не так уж много.

Вдруг откуда-то со стороны раздался грохот и скрежет сминаемого металла, а через мгновение громкие вопли почти перекрыли звук падения чего-то тяжелого.

— Двери вышибли, — радостно ухмыльнулся воин. Простите, господин, но я нужен там.

Вместо ответа Маттео взмахом руки отослал его, затем крикнул так, чтобы его слышали все, кто был еще на это способен:

— Короля взять живым!!!

Советнику, разумеется, никто не ответил, все были заняты сражением, но Маттео не сомневался, что ослушаться воины не посмеют. И если Дагмар решится броситься на захватчиков, то те будут только защищаться и не осмелятся нанести смертельный удар.

— Со всех сторон уже начали сбегаться лучники, — по всей видимости, кто-то успел сказать им, что их помощь придется очень кстати. Маттео, добравшись до галереи, подозвал к себе двоих воинов со щитами и под их прикрытием приблизился к месту схватки. Солдаты Советника как раз успели прорваться к лестнице, но дальше, несмотря на все старания, продвинуться не смогли. Гвардейцы удерживали штурмующих длинными копьями, приспешники же Маттео были вооружены только мечами — пронести во дворец что-то посущественнее было довольно трудно.

— Стреляйте же! — заорал Маттео, когда еще один из его воинов упал, выронив меч и зажимая руками вспоротый ударом копья живот. Два десятка лучников, уже собравшихся к этому времени чуть поодаль от дерущихся, выполнили приказ немедленно. Град стрел обрушился на гвардейцев, но лишь одна нашла свою жертву, остальные же прочно засели в щитах.

А затем вновь защелкали высвобождаемые тетивы, несколько солдат Маттео повалились на пол — двое были убиты, остальные же, вопя и ругаясь, схватились за стрелы, засевшие в теле. Это оказалось неожиданностью для всех штурмующих лестницу: никто не мог даже предположить, что часть гвардейцев вооружена луками. И сейчас, прячась за спинами и щитами своих товарищей, воины короля стали методично обстреливать наседающих на них врагов. Гвардейцы приберегли этот козырь напоследок и не просчитались: если бы они начали стрелять раньше, еще не будучи на лестнице, успехи были бы гораздо скромнее.

Гвардейцы, удерживающие лестницу, прекратили на время стрельбу, чтобы не тратить зря стрелы, поскольку воины Маттео были теперь вне досягаемости. Советник не знал, что можно сделать в этой ситуации, поскольку к ратному делу имел отношение скорее косвенное, хотя и неплохо владел мечом.

Среди стрелков пробежал громкий шепоток, послышались выкрики, из которых Маттео быстро уяснил для себя, что они задумали. Замысел был довольно опасен, но в случае успеха гарантировал быструю победу. Главное заключалось в том, чтобы кто-то прикрыл лучников и арбалетчиков щитами на те драгоценные секунды, которые были необходимы им для реализации своего замысла.

Советник с интересом принялся наблюдать за приготовлениями лучников. Те неторопливо переговаривались, в то же время давая указания вызвавшимся сопровождать их воинам со щитами. Расчет был прост: если одновременно десяток стрел с близкого расстояния ударит в один край щита, то даже самый сильный воин не в силах будет удержать его так, чтобы остаться полностью закрытым. Руку его непременно поведет в сторону, и тело откроется, а это именно то, что нужно тем, кто прибережет свои стрелы для второго залпа.

Бить следовало во внешний край щита, где находилась петля, надеваемая на локоть. Из-за постоянного шума, она стали и криков гвардейцы на лестнице не могли знать, о чем говорят их противники, а потому продолжали томиться в неизвестности, не предполагая, что их ожидает.

Наконец лучники решились и, сделав знак воинам со щитами, выбежали на открытое место перед лестницей, без промедления заняв исходные позиции. Почти тут же несколько стрел вновь вылетело из-за голов гвардейцев, но все они застряли в щитах, коими прикрывались лучники. Лишь один арбалетный болт пробил-таки щит и воткнулся держащему его воину в плечо: что ни говори, а щиты королевских защитников были куда прочнее своих легких круглых собратьев, которые были у солдат Маттео. А в следующий миг лучники Советника дали ответный залп, результаты которого превзошли все ожидания.

Ширина лестницы позволяла без стеснения разместиться на одной ступени двоим гвардейцам, но их было трое, и, до сей поры, подобная теснота была им лишь на руку, однако теперь все изменилось. Стрелы лучников Маттео легли точно в цель. Гвардеец, находящийся в центре, не выдержал силы удара и попросту сел на ступеньку, открыв прятавшегося за ним арбалетчика, который в этот момент торопливо натягивал тетиву и поэтому даже не успел понять, что произошло. Кроме того, падая, гвардеец зацепил стоящих рядом с ним воинов, которых и без того изрядно поколебал мощный удар стрел, обрушившихся на их щиты.