Шрифт:
— Мне дурно! — Гертруда, поднявшись, чуть не опрокинула стул. Она не могла смириться с мыслью, что на Силию будут потрачены такие огромные деньги — комната, горничная, платья… Варварская расточительность! У Силии закружится голова, и она забудет обо всем, чему учила ее Гертруда.
«Ну нет, — злобно подумала она, решив остаться в столовой, — девочка не забудет того, чему ее учили под этим кровом». Видя, что гостья и племянница обмениваются радостными взглядами, Гертруда окончательно потеряла аппетит.
Силия же понимала, что Гертруда не сдалась…
На следующее утро дядя Тео вручил Силии Библию в кожаном переплете с подчеркнутыми местами и соответствующей случаю надписью, а также тонкий томик своих проповедей, изданный за собственный счет.
— Я спокойнее перенесу твой отъезд, зная, что ты будешь обращаться к этим книгам всякий раз, когда у тебя возникнут сложные вопросы. — Его голос звучал мягко, а в глазах застыла печаль.
Силия от души поблагодарила дядю. Она и в самом деле собиралась читать Библию. Тут вошла Гертруда и наставительно заявила, что поскольку Силию воспитали как леди, она не должна поддаваться соблазнам презренного общества.
— Но, тетя, — возразила девушка, — если меня научили правилам хорошего тона, отчего я должна бояться предстать перед светскими людьми?
— Ради всего святого, Силия, ты же прекрасно понимаешь, что я имею в виду! В так называемом свете встречается множество беспутных особ — например, обитатели из Мальборо-Хауса [1] или эта американка Дженни Черчилль — близкая подруга принца Уэльского [2] и твоей новой опекунши. Едва ли ты понимаешь, что тебя подстерегает, но надеюсь, будешь твердо придерживаться принципов морали, привитых тебе в этом доме. Мы будем молиться за тебя, Силия, и помни: если тебе понадобится поддержка, ты всегда можешь обратиться к нам за советом и наставлением. И умоляю, не позволяй никому вскружить тебе голову. Тебя ждут серьезные испытания, особенно в свете… в свете… Впрочем, не важно. За тобой ухаживает, милый, воспитанный молодой человек, он хочет жениться на тебе, и уверена, ты оправдаешь его доверие.
1
Мальборо-Хаус — бывшая резиденция членов королевской семьи. — Здесь и далее примеч. пер.
2
Принц Уэльский — титул наследника престола, старшего сына монарха.
— Спасибо, тетя!.. — Сердце Силии учащенно забилось.
Рональд! О Боже, она почти забыла о нем! А ведь следовало сразу написать и все рассказать ему про завещание, объяснить, почему она уезжает с тетей Уили, дать новый адрес в Лондоне.
Сейчас Силия хотела одного — вернуться на Цейлон и стать невестой, а потом женой Рональда, чайного плантатора.
Глава 3
Едва они прибыли в Лондон и Силия приступила к «обучению», как называла это тетя Уили, девушка обнаружила, что у нее совсем нет времени, во всяком случае, для себя.
Предстояло многое усвоить: здесь придерживались особого этикета и особой моды.
Силия брала уроки танцев, изучала этикет, ей объяснили, как надо флиртовать.
— С этим нетрудно справиться. — Уили улыбнулась. — Старайся не думать, как ты при этом выглядишь. Потренируйся несколько минут перед зеркалом, но при этом размышляй о чем-нибудь другом. Вот я поступала так: представила себе, что все это глупая игра, и решила быть выше условностей. Но сказала себе: если научусь играть по правилам, смогу делать все, что захочу.
Конечно, ты не захочешь прослыть чудачкой и провалить свой первый сезон. А время проявить индивидуальность еще придет — это я тебе обещаю.
А теперь нам следует выполнить последние желания твоего отца. Он мечтал, чтобы ты познавала мир и расширяла свой кругозор. Даже специально написал мне об этом.
— Написал вам? — Силия, грациозно взмахнув шлейфом бального платья, замерла. — Написал вам, а не мне?
Она внезапно ощутила укол ревности: неужели отец любил сестру больше, чем дочь? Почему никогда не проявлял любви к ней, Силии? Не потому ли, что она слишком походила на свою мать? Что же произошло между родителями, после чего отец внезапно стал ей чужим?
— Да, он написал мне. — Уили удивило, что девушку это так огорчило. Ей хотелось кое о чем спросить племянницу, но она догадывалась, что та не ответит. По крайней мере теперь.
Девушка и в самом деле не хотела раскрывать своих чувств перед тетей Уили, симпатичной, но пока чужой ей. Она решила написать обо всем в дневнике. Ему Силия поверяла как другу свои горести и печали, и он никогда не предавал ее.
«Силия что-то слишком притихла, — размышляла Уили, наливая племяннице чай. — Почему не попросила показать ей письмо отца? Очень уж она молчалива, послушна и замкнута. Силия заметно отличается от своих легкомысленных сверстниц. Но чего-то в ней не хватает.
Может, чувств? Или девушка что-то скрывает? Какую-то тайну?»
Уили понимала племянницу, ибо в детстве и сама была одинокой и скрытной. Она от души желала, чтобы жизнь Силии сложилась счастливо.
Сама вдовствующая герцогиня удачно вышла замуж за очаровательного американца, и тот предоставил ей полную свободу. А теперь и Силия освободилась от деспотической опеки Гертруды и Тео.
— Ты хотела бы взглянуть на письмо отца, дорогая? — предложила Уили.
Силия не ожидала этого. Она страстно желала прочитать письмо, но опасалась испытать боль.