– Конечно, приезжайте, – сказала Дарина неожиданно для себя. Маргарет ей нравилась, несмотря на все, что она тут наговорила.

– Вы так любезны, – промурлыкала леди Уолридж и выплыла из столовой, кивнув на прощание.

Дарина осталась одна со своими мыслями. В голове все так перепуталось, что ничего лучше, чем совет Марго поговорить с Иэном, Дарина придумать не смогла. Просидев в оцепенении еще минут десять, она заставила себя подняться и отправиться на поиски Алекса.

Уолтер сказал, что мальчик играет в саду, и, выйдя в боковую дверь, Дарина побрела по усыпанной гравием дорожке, пытаясь разобраться, где в этом ухоженном огромном парке может находиться маленький мальчик. Здесь Иэн ей еще ничего не показывал; приходилось идти наугад. Свернув пару раз, Дарина совершенно запуталась.

Сад был прекрасен. Отцветали розы, а астры, наоборот, поражали великолепием. Их было великое множество – белые, алые, бледно-желтые, как зимний рассвет. Ночью шел дождь, и теперь все вокруг дышало свежестью. Дарина долго стояла у одной клумбы, перебирая лепестки только что распустившейся поздней розы. Потом она заметила блеск воды за деревьями и пошла в том направлении.

Это оказался маленький пруд, без сомнения, рукотворный. Берега были выложены серым камнем, семейство уток мирно дремало на середине пруда. По воде бежала рябь. Дарина присела на корточки и коснулась пальцами прохладной воды, отражения синего неба. Ей показалось, что время остановилось.

Она долго сидела, глядя на воду, пока краем глаза не отметила движение на другом берегу. Подняв голову, Дарина увидела Алекса. Мальчик сидел на скамье, на коленях у него лежала книга. Ребенок казался маленьким и потерянным среди пустого великолепия герцогского парка. Дарина испытала острую жалость к Алексу; после смерти отца у него почти никого не останется... Кроме нее. Она встала и пошла в обход пруда.

Алекс поднял на нее глаза, когда она остановилась рядом.

– Привет.

– Привет. – Дарина улыбнулась ему, но ответной улыбки не дождалась. – Что читаешь?

– Сочинение сэра Томаса Мэллори «Смерть Артура», – он продемонстрировал ей обложку книги с вытисненным золотом названием.

– Ого! Серьезное сочинение. – Сама Дарина эту книгу не читала, но была наслышана. – Интересно?

– Да. – Алекс снова уставился в книжку, но девушка видела, что он больше не читает. Мальчику явно нужно выговориться. Она сидела и молча ждала. – А вот папа... – начал он и опять замолчал.

– Да? – подбодрила она его.

– Папа действительно ничего не может сделать?

– Алекс, – сказала Дарина как можно мягче, – папа никогда не стал бы врать тебе. – «Ой ли?» – Он любит тебя и именно поэтому сказал тебе правду.

Он долго молчал, по-прежнему глядя в книгу. Ветер шевелил пожелтевшие от времени страницы и волосы на макушке Алекса. Дарина подавила инстинктивное желание погладить мальчика по голове.

– Тебе нужно причесаться, – сказала она Алексу. – Ты похож на индейца.

– Ничего подобного! – Мальчик обиженно отстранился.

– Почему же! – возразила Дарина.

– Мне папа про них много рассказывал, – вздохнул Алекс. – Я знаю, как они выглядят.

– Он интересно рассказывает?

– Конечно!

– Я обязательно попрошу его рассказать и мне об индейцах.

– А вот это вряд ли, дамочка, – раздался за спиной чей-то голос.

– Я поражен, – холодно сказал Эван, когда они вышли на оживленную улицу и остановились возле экипажа Иэна. – У вас едят с рук, Риверфорт. Следствие огромного личного обаяния?

Иэн, нахмурившись, закусил губу. За него ответил Винсент:

– Бросьте шутить, Шеппард. Ему простили все, потому что ему... умирать. Корона не забывает заслуг. Помните, почему вы роялист?

– Это нельзя забыть. – Эван вздохнул. – Простите, герцог. Я был неучтив.

– Забыли. – Меньше всего сейчас Иэну хотелось снова ссориться с этим человеком. Он хотел только как можно скорее добраться до дома и рассказать Дарине, что все в порядке. И наконец поговорить с ней начистоту. Хватит недомолвок. – Я благодарен вам за помощь. Вы очень рьяно защищали нас, граф.

– Бросьте, – ухмыльнулся Эван. – Меня волнует в данной ситуации лишь честь моей жены. Вы и ваши игры – пусть все это идет к дьяволу.

– Взаимно, Шеппард, – улыбнулся Иэн. – Надеюсь, вы не откажете мне в удовольствии заглянуть как-нибудь на бокал бренди? Скоро я буду не в состоянии принимать гостей, поэтому, если все-таки решитесь, я жду вас во вторник.

– С превеличайшим удовольствием, – поклонился Эван. Издевательски, кажется, но разве это имело значение? Этот человек умел проигрывать.