Его рука бессильно опустилась. Он даже не был уверен в том, что ему действительно хочется с ней познакомиться. Единственное, что он мог бы сказать твердо, — она ему желанна.

Эта мысль заставила его замереть. И все-таки он был не из тех, кто бросается действовать, потакая низменным инстинктам. Она скорее всего вызвала бы полицию.

Он решил, что слишком много работал в последнее время.

Смущенный этими странными минутами, он мрачно улыбнулся и начал подниматься обратно по склону. У него иссякло желание наблюдать, и в следующий раз он ограничит свой профессиональный интерес более безобидными пляжными сценами.

— Миссис Манчестер? Э-ге-ге! Миссис Манчестер! Джорджиана услышала и остановилась на верхней ступеньке лестницы у входной двери. Брови у нее досадливо нахмурились. Хотя она стала миссис Манчестер почти месяц назад, она по-прежнему удивлялась, когда к ней обращались таким образом.

Повернувшись, она увидела Кору Уолтон, та направлялась к ней с соседнего двора. Ее волосы, подстриженные скобкой, были подобны чистому серебру. Как обычно, она была одета для работы в саду: коротенький халат и шаровары — так она упорно именовала брюки.

— Миссис Уолтон, как ваши дела? — крикнула Джорджиана по-мальчишечьи гортанным голосом.

— Чудненько! Но я же просила называть меня Корой! — Она спрятала совок в карман вельветового халата и стянула рабочие перчатки. — Давайте я помогу, — предложила она, протягивая руку к одному из пакетов с продуктами, которые несла Джорджиана. — Позвонила вам рано утром, чтобы напомнить о приезде заправщика, но вас уже не было. Он сегодня приезжал.

— А, черт! — отозвалась Джорджиана. — Наверное, придется вызывать его заново.

— Не обязательно. Трубопровод идет со стороны улицы. — Кора сняла с дверной ручки записку и улыбнулась. — Работник произвел заправку. Но вам стоит проверить показания счетчика и убедиться, что все в порядке.

Джорджиана кивнула:

— Конечно.

В течение нескольких ближайших месяцев ей предстояло следить за порядком в доме, принадлежащем семье Роудс. Несомненно, Роудсы попросили соседку присматривать за своей «сиделкой». И ее репутация ответственного и надежного работника сильно пострадает, если она признается, что ничего не понимает в заправке бака топливом и тому подобных вещах.

— Спасибо вам, Кора. Вы меня извините?

— Ничуть, — ответила Кора и потянулась за связкой ключей на мизинце Джорджианы. — А ведь вы могли попросить, чтобы все это вам доставили на дом. Роудсы — постоянные покупатели бакалеи Гришема.

Джорджиана весело рассмеялась:

— Если бы у меня не было таких мелких дел, как покупка продуктов, я бы просто пустила в этом доме корни и никто бы меня больше не увидел до самого таяния снега. В доме практически нечего делать. За несколько недель, что я здесь живу, мне пришлось лишь вытирать пыль, да и то в качестве разминки.

— Бедняжечка! Так недавно вышла замуж — и уже осталась одна! — сочувственно проговорила Кора, отпирая дверь.

По паркетному полу прихожей разлетелась утренняя почта, которую опустили в дверную прорезь. Джорджиана заметила, как ее соседка, которой, по ее собственному признанию, было уже шестьдесят два, легко нагнулась подобрать конверты, и решила, что сохранять хорошую форму ей помогает работа в саду.

Когда Кора выпрямилась и посмотрела на Джорджиану, в ее взгляде светилось любопытство.

— Может, среди них есть что-то от вашего молодого человека?

Джорджиана покачала головой и пошла на кухню, которая располагалась в задней части дома.

— Сомневаюсь. Эдвард не любит писать письма, и потом, его корабль во время плавания не должен заходить в порты. Пойдемте со мной.

Они прошли мимо главной лестницы на кухню просторного дома с традиционной для этих мест планировкой и архитектурой.

— Вы хотите сказать, что ваш молодой человек не балует свою женушку письмами и звонками?

Джорджиана со вздохом опустила тяжелые пакеты на разделочный столик. Ее вздох не был вызван усталостью. Осуждение, прозвучавшее в голосе Коры Уолтон, она не раз слышала и в других голосах в эти последние несколько недель. Каждый раз, когда она говорила кому-нибудь, что замужем всего месяц, а муж ее находится на маневрах на борту подводной лодки в южной части Атлантического океана, ей сочувственно вздыхали вслед: «Ах, бедняжка!»

— Но ведь меня не бросили, — пробормотала она себе под нос. Заставив себя улыбнуться, она повернулась к своей гостье: — Мы с Эдвардом знали, что у нас не получится длинного медового месяца и что ему скоро надо будет отправляться в плавание. Когда он вернется, у нас будет сколько угодно времени, чтобы начать настоящую супружескую жизнь. А пока я просто в восторге от того, что нашла такую прекрасную работу: присматривать за этим роскошным домом. — Она широким жестом обвела кухню рукой. — Я сообщу Эдварду, что мне понравилось жить в Новой Англии.