Мы долго ждали общества без бумаг. Гейтс обещает, что оно все ещё впереди, хотя и признает, что бумаги не исчезнут совсем.

«Рукописные сообщения будет доставлять почта, и их редкость придаст письмам большее значение. Но все же такого огромного количества разных бумаг уже не будет».

Почты поспешно пытаются приспособиться к переменам.

«Ирландская почта использует автоматы на базе ПК, чтобы принимать плату за коммунальные услуги, продавать лотерейные билеты, выдавать паспорта и лицензии на транспортные средства и выплачивать пособия по безработице, на содержание ребёнка и пенсии. Компьютерная система также поддерживает вклады, отзывы, страховки и электронные денежные переводы».

Дай Гейтсу волю, и компьютеры изменили бы всю телефонную практику. Билл получает столько ненужных и нежелательных звонков в любое время дня и ночи, что его номер уже не указывается в справочниках. Гейтсу приходится периодически менять телефон, потому как кто-нибудь обязательно узнает его и начинает немилосердно преследовать главу «Майкрософта».

Все бы изменилось, если бы можно было брать плату со звонящих.

«Вы говорите, что днём звонок к вам будет стоить доллар, а после пяти вечера — пять долларов, после полуночи — двадцать пять. Или что после наступления вашего обычного тихого часа никто не сможет связаться с вами ни за какие деньги, кроме нескольких друзей и важных служб, таких, как полиция. Возможно, вы установите меньшую цену для людей, желающих оставить вам голосовое или электронное сообщение, — или вообще не возьмёте с них платы. Суть в том, что именно вы, а не ваши корреспонденты или абоненты будете контролировать ситуацию».

Очевидно, родственникам и школьным друзьям Гейтса не о чем беспокоиться.

«Конечно, вы всегда можете решить вообще не брать с человека денег, если вас порадовало его сообщение».

Гейтс считает, что слияние видео-компьютерной и сетевой технологии — прямой вызов компаниям, подобным «Майкрософту».

«Вы будто пытаетесь оседлать приближающуюся огромную волну».

С середины восьмидесятых Гейтс предсказывает, что мы вскоре начнём болтать с компьютерами, а они — отвечать нам.

«Почему бы им не слушать, когда вы говорите? Почему бы не узнавать вас? Если в компьютере есть камера, почему бы ему не понять, кто вы, когда вы садитесь перед монитором, и перестроиться в соответствии с тем (как он видел), что вам нравится?»

«Когда вы подходите к компьютеру, за вами наблюдает маленькая камера, совсем недорогая. „Office“ [программа „Майкрософта“] заметит, кто пришёл, и тут же выведет на монитор то, что вам нужно».

«Будущее компьютеров — машина, которая говорит, слушает, видит и учится».

«Через несколько лет даже маленькие доступные персональные компьютеры будут наделены личностями и, возможно, отличительными особенностями. Машины будут говорить естественными человеческими голосами, если мы захотим. Будут вести себя так, словно понимают наши вербальные команды. Будут стараться помочь. Могут даже посочувствовать, когда у нас неприятности. Наделяя компьютеры зачатками разума, мы облегчаем работу с ними. Но это не означает, что они на самом деле думают, нет».

«Через десять лет [начиная с 1997 года] появятся лучшие системы ввода — написание, речь, визуальное распознавание… Почти девяносто процентов операционной системы будут обеспечивать новые возможности».

Когда компьютеры становятся настолько умными, возникает необходимость в контролирующем компьютере.

«Представьте карманное устройство, с помощью которого вы можете активировать всю остальную аппаратуру — настольный персональный компьютер, бытовые приборы, большой экран, установленный у вас дома. Я так и вижу карманный ПК, осуществляющий обмен информацией между различным оборудованием».

Говорящие машины, возможно, уже на подходе, но читающему мысли компьютеру придётся немного подождать.

«Потребуется гораздо больше времени, чтобы мы смогли подсоединить компьютеры к нервной системе, тогда образы нашего разума будут поступать прямо на монитор».

Гейтс вспоминает, как ребёнком с удовольствием рассматривал карточки на библиотечные книги, чтобы узнать, кто их читал до него. Похоже на вмешательство в личную жизнь, но это несравнимо с тем, что ожидает нас впереди.

«Когда люди действительно осознают, сколько информации о них заложено в компьютеры и как её можно использовать, вопрос о частной жизни — балансирование между индивидуальной свободой и правом общества на знание — вызовет горячие споры».

Ничто не продемонстрирует влияние компьютеров и Интернета на общество лучше, чем проблемы, с которыми столкнулся «Майкрософт» во время составления электронной энциклопедии «Энкарта». Кто изобрёл лампу накаливания: американский исследователь Томас Эдисон или британский учёный сэр Томас Свои? А телефон — Александр Грэхэм Белл или итальянец-американец Антонио Меучи? Лучше написать, что Свои, в британской версии, и Меучи — в итальянской. Хотя не возбраняется и объяснить, что немного позже, работая независимо, Эдисон и Белл подоспели с более популярными в коммерческом плане версиями изменивших нашу жизнь изобретений.