И что это значит — «Комендант готовит подлянку?». Комендант — прозвище генерала Барановского. Получил он его ещё в чине полковника, в 1991-м году. Тогда во время путча ельцинские сторонники готовили — на случай победы ГКЧП — не только бункер под Свердловском, где могло бы отсиживаться демократическое правительство, но и бункер в подземной Москве. Барановский, как большой специалист по московским подземельям (когда-то он курировал в КГБ секретные объекты метро), был назначен комендантом бункера.

Бункер тогда не понадобился. Ельцин въехал в Кремль, а Барановский получил управление, новые погоны и орден. И какую же подлянку может готовить честнейший и благороднейший генерал Барановский?

О странном факсе Матадор пока решил Барановскому не говорить. Всегда успеется. Надо сначала самому разобраться в ситуации.

Спецподразделение — то, что надо. Это и чёрный нал на непредвиденные расходы, и техника… Да и дело живое, творческое….

— Три «Вольво», сотовые телефоны и доступ к кассе я тебе обещаю, — сказал Барановский. — Группа из десяти человек. Сам подберёшь.

— Я возьму всех своих, — сказал Матадор, — Шлейфмана, Рундукова…

— Бери. Шлейфман, кстати, исследовал единственную имевшуюся у нас порцию… Акварели. Светлая голова… Он здесь, ждёт в приёмной. Сейчас позову.

Голова у Шлейфмана и впрямь была светлая. Как-то играли в очко, Шлейфман натянул Матадора раз восемь подряд.

«Вот бы Малыша к нам в группу, — подумал Матадор. — Живо бы мы оприходовали эту Акварель».

Шлейфман не привык ещё к докладам у начальника управления и заметно волновался. Сразу стал сыпать непонятными латинскими терминами.

— Стоп-машина, — прервал его Барановский, — про ефедрину бабушке своей расскажешь, Сарре Абрамовне. Говори проще.

— Проще… — Шлейфман задумался. — Акварель сделана на основе опийного мака. Ну, как героин. Концентрация очень сильная. Можно предположить, что препарат вызывает мощную физиологическую зависимость.

— И как быстро можно подсесть? — спросил Матадор.

— Быстро. Может, за месяц, за два. Не с первого раза, но…

— С первого раза, — хмыкнул Барановский, — можно подсесть только на водку. Знаешь, есть на Севере народы, которых русские братья споили. Не способен у них организм противостоять алкоголю. Он выпивает рюмку — и всё, у него через пять минут похмелье. Ему тут же вторую надо. Через пять минут третью. У него даже кайфа не бывает — сплошное похмелье. Пока не сдохнет… Ладно, ты расскажи Глебу, почему эта штука красная.

— Красная она потому, что второй элемент — мухоморы.

— Мухоморы? — удивился Матадор. — Обычные мухоморы?

Шлейфман кивнул:

— Есть свидетельства, что мухоморы вызывают галлюцинации и безумный прилив энергии. Существует много описаний ярких мухоморных переживаний. Берсеркеры, говорят, пили перед боем мухоморовую настойку…

— Кто такие берсеркеры? — нахмурил лоб Барановский. — Новая порода охранных собак?

— Такие скандинавские пираты, — пояснил Матадор. — Плавали по северным морям и отрывали бошки всем встречным-поперечным. Теперь Миша нам загибает, что они жрали мухоморы…

— Это известный факт, — Шлейфман раскраснелся и, кажется, немножко обиделся. — Так вот — мухоморы действуют далеко не на всех. Считается, что их психоделический эффект существенно ниже, чем у псилоцибиновых грибов. Но в отличии от псилоцибинов мухоморы не запрещается собирать и употреблять. И если удалось сделать экстракт, то он может вызывать очень яркие картинки. Мультики, как говорят наркоманы.

— Опийное привыкание, — загнул генерал Барановский один палец. — Мухоморные мультики, — загнул второй.

Матадор и Шлейфман внимательно смотрели, как генерал загибает. Дзержинский со стены, казалось, тоже скосил глаза на руку Барановского.

— Простота в употреблении — пьёшь как лимонад. Не надо ни шприцов, ни пипеток, — генерал загнул третий.

— Дёшево, — продолжил Шлейфман. — Три грамма жидкости прут сутки, а стоят пятьдесят баксов. Если верить газете, конечно.

— Недорого, — согласился генерал и загнул четвёртый палец. Потом просунул большой между средним и указательным. Получилась довольно-таки противная фига. — И вот что в результате. Очередной шиш властям.

— Мощный продукт. — Согласился Матадор. — Хорошие перспективы. Большие бабки.

— Имейте в виду, — продолжил генерал, — что все указанные в газете точки продажи до сих пор были чисты. Так что возможна провокация.

— Сегодня же проверим все три места, — решительно сказал Матадор.

Славку Караулова отправили в «Чайную ложку», Серёга Сафин двинулся вокруг Лубянской площади к аптеке номер один, а Матадор спустился мимо Политехнического музея к памятнику героям Плевны. От героев Плевны тянулся уютный липовый скверик в сторону Китай-Города, к памятнику другим героям. Героям славянской письменности Кириллу и Мефодию.