Девушка взяла свечу, собираясь покинуть кабинет, но негромкий стук во входную дверь остановил ее. Поставив свечу на стол, она поспешила в гостиную и осторожно посмотрела в окно. Прошли те времена, когда дверь открывали по первому же стуку. Слишком много проходимцев появилось вокруг.

Илай Лэндри стоял на освещенном луной месте, чтобы Серена могла сразу же узнать его. «Он выглядит таким несчастным», — подумала она, отодвигая засов.

— Входи, По, — пригласила Серена и повела гостя в кабинет Дорна. Когда Лэндри сел, вытянув длинные ноги, она спросила: — Принести тебе чай из трав?

Илай слабо улыбнулся.

— Такие вещи я не переношу. Что мне действительно нужно, так это чашка хорошего кофе.

— Может быть, скоро мы сможем себе это позволить, — Серена ободряюще улыбнулась человеку, который мог бы стать ее свекром. — Надеюсь, блокаду когда-нибудь снимут и возобновят торговые отношения с Европой.

Горько усмехнувшись, она добавила:

— Хотя немногое мы сможем купить с нашими-то деньгами.

— Я никогда в жизни не воровал, но чашка дымящегося ароматного кофе была бы для меня сильным искушением, — пошутил По.

Некоторое время они помолчали, думая о своем, потом Серена тихо сказала:

— По, сегодня я получила письмо от Дорна.

— Это же чудесно, девочка! — лицо Лэндри посветлело. — Я знаю, как ты волновалась за брата. С ним все в порядке?

— Да, сейчас у него все хорошо. Правда, он был в плену у янки, а потом его послали воевать против индейцев. Дорн отслужил два года и решил остаться в месте, которое называется Орегон. Он даже собирается стать хозяином ранчо, — Серена помолчала и, глядя Лэндри в глаза, тихо добавила: — Брат хочет, чтобы я приехала к нему.

Для Лэндри это известие оказалось страшным ударом. Наконец, справившись с собой, он хрипло произнес:

— Я буду скучать по тебе, дочка, — немного помолчав, он спросил: — Когда ты собираешься отправиться в путь?

Серена опустила глаза.

— Не знаю, — она нахмурилась. — Дорн хочет, чтобы я выехала как можно скорее, но, хоть убей, понятия не имею, как это сделать. Конечно, мне приходилось слышать об обозах, но для того, чтобы присоединиться к ним, нужно очень многое: лошади, фургон и все необходимое для долгого путешествия, — девушка покачала головой. — Боюсь, что это невыполнимо, По!

Лэндри положил свою загорелую руку на изящные пальчики Серены.

— Я хорошо знаю тебя, дорогая. Ты справишься, — он посмотрел на мотылька, порхающего вокруг свечи. — Твоя сила и решительность очень помогли бы моему сыну, будь он жив…

Серена пристально посмотрела в полные страдания глаза Лэндри. Внезапно ее осенило:

— По, если мне удастся как-то все уладить, я хочу чтобы ты поехал со мной.

В его удивительном взгляде появилось оживление, но оно угасло так быстро, что Серена засомневалась — было ли это вообще или ей показалось?

Бедный фермер благодарно улыбнулся девушке, которую любил словно родную дочь.

— С твоей стороны очень благородно заботиться о старике, но без Джереми я буду только мешать.

— Ты не старик, — живо возразила Серена. — А кроме того, у меня есть свой интерес. Ты нужен мне, По. Ты и Дорн — это все, что у меня осталось, — она лукаво улыбнулась и поддразнила его: — А кто же будет править фургоном?

Илай Лэндри долго вглядывался в открытое лицо девушки, стараясь убедиться, насколько искренне она говорит. Наконец, смущенная улыбка тронула его губы.

— Мне было бы ужасно одиноко без тебя, — он крепко сжал ее руки. — Я с удовольствием поеду с тобой, дочка.

Серена улыбнулась, показав ряд ровных белых зубов, потом поднялась и обняла По за плечи.

— Спасибо! Большое тебе спасибо!

Илай был очень тронут таким проявлением любви. Охрипшим от волнения голосом он спросил:

— А ты имеешь хоть какое-то представление о том, как добраться туда… в случае, если мы все-таки поедем?

— Дорн прислал мне вот это, — ответила Серена и расправила на столе карту. Придвинув поближе свечу, она посмотрела на По, приглашая его.

Илай поднялся со стула и склонился над картой. Сдвинув брови, он водил пальцем по извилистому маршруту. Серена терпеливо ждала, когда По заговорит.

Наконец, Илай сел и достал из нагрудного кармана черную трубку. Набивая ее табаком, он задумчиво произнес:

— Судя по карте, нам лучше всего сесть на пароход и плыть по Миссисипи до Индепенденса, Миссури. На днях я слышал, что там собираются все, кто едет на Запад.

Лэндри чиркнул спичкой о подошву сапога и раскурил трубку. Удовлетворенно вздохнув, он продолжал.