Анни оглядела небольшую, но уютную, даже элегантную комнату. «Кто же за это платит? – подумала Анни, – наверное, его фирма».

– Я разговаривал с Сильви, – произнес Аарон, как бы защищаясь.

– Да?

– Да, вчера. Она сказала, что в интернате ей нравится. Мы хорошо поговорили. Должно быть, там действительно приятное место.

Аарон замолчал. Анни подошла к окну и взглянула вниз на Мэдисон-Авеню. Она увидела прогуливающиеся рука об руку парочки, и это показалось ей символичным. Да, люди должны жить парами. Она и Аарон смогут соединиться снова. Благодарю, Господи.

– Странный вид из окна, не как у нас дома.

Тут Анни первый раз за этот вечер потеряла самообладание и залилась краской.

– Я хочу сказать, не как в Грейси-сквер.

Тут она остановилась. Все оказалось труднее, чем она думала.

– Иногда в окно можно смотреть часами, даже днями.

– Ты что, думаешь, я ни разу не посмотрел в это окно, как сюда приехал? – Аарон засмеялся.

Нет, это тупиковый разговор. Анни поняла, что должна что-то предпринять.

Бродя по комнате, Анни внезапно почувствовала себя неловко. Ее юбка была нелепой, и Аарон замечал все это. Наконец она села на диван, и Аарон, подойдя к бару, предложил:

– Хочешь шерри?

Анни взяла бокал. Аарон налил себе виски и сделал два небольших глотка. Потом сел в кресло. Анни заметила напряжение на его лице.

– Что-то случилось, Анни? Если не Сильви, то что-нибудь с мальчиками?

– Нет-нет, ничего такого. У них все в порядке, – торопливо заверила его Анни. Аарон выглядел очень привлекательно, у него теплая гладкая кожа, черные блестящие волосы. И он любит ее. Он так сказал. Однако Анни заметила, что Аарон снял обручальное кольцо. А она свое так и не снимала.

Анни выпила немного шерри «для храбрости» и поставила стакан на столик. В этот момент она почувствовала сильнейший прилив нежности и была уверена, что Аарон поймет это и ответит ей тем же.

– Аарон, я буду говорить прямо, – начала Анни. – Я думаю, что, в конце концов, мы можем быть вместе. Я очень много думала после того вечера в Бостоне, и я приняла решение.

К удивлению Анни, Аарон поднялся и направился в соседнюю комнату. Почему он всегда избегает сильных эмоций?

– Нет, Аарон, пожалуйста, дай мне сказать то, что я хочу, именно для этого я пришла сюда.

Она жестом указала Аарону на стул. Тот нехотя вернулся.

– Я ждала твоего звонка. Я уже начала думать, что ты мне не звонишь, потому что не хочешь. Но сегодня в церкви я поняла, почему ты не звонил.

– В церкви? – спросил Аарон совсем не к месту. – С каких это пор ты стала ходить в церковь?

Анни сложила руки на коленях и выпрямилась, как бы придавая своим словам особую значимость.

– Ты боялся опять меня обидеть. Тебе нужно было, чтобы я сама позвонила. И я думаю, ты должен знать, как я люблю тебя. Я здесь, Аарон, чтобы сказать тебе, что я хочу попробовать начать все сначала. – Анни оглядела элегантную, но безликую комнату и произнесла: – Возвращайся домой, Аарон. Это место не для тебя. Мы начнем все сначала, без Сильви. У нее теперь все хорошо. А для нас все хорошее станет еще лучше. Теперь я это знаю.

Анни улыбнулась и развела руками. Но Аарон молчал. Анни взглянула на него.

– Ты ведь тоже этого хочешь, правда?

– Ты не понимаешь, Анни. Все кончено, – выпалил Аарон.

– Кончено?

– Анни, мы разведены, нашего брака уже не существует.

– Ну, это было год назад. А сейчас все изменилось. Как же так? Ведь в Бостоне…

– Ничего не было в Бостоне, – перебил ее Аарон, – мы просто приятно провели время.

Он постоянно поглядывал на дверь, ведущую в спальню. «Отчего он так нервничает?» – подумала Анни. И вдруг истинное значение его слов стало пробиваться к ней, ломая стену надежд, чудес и бездумной детской религиозности, которую она выдумала, чтобы поддержать свою страсть. Анни покраснела от унижения и начала дрожать. Ей не было бы так больно, если бы Аарон ударил ее. Нет, этого не может быть. Нет, ничего не кончено. Ведь он сказал ей, что любит. И они были вместе в ту ночь в Бостоне. И сейчас он сидел перед ней, такой сильный, прекрасный и желанный.

– Анни, – мягко сказал Аарон, – я женюсь.

Анни схватилась за горло, задыхаясь от немого крика.

– Женишься, Аарон? Что ты хочешь этим сказать?

– Вот так, Анни. Мы разведены, и я женюсь.

– Вот так?

Она сходит с ума? Может, Аарон и не любит ее, но ведь он не может любить кого-то еще. Это невозможно… Этого не может быть. Анни задыхалась.

– Поверь мне, Анни, это совсем другое, – вздохнул Аарон. Анни все еще не могла поверить. Он выдумывает. Это же безумие. Ему придется это доказать. Как маленький ребенок, Анни стала требовать доказательств.

– На ком? На ком ты женишься?

Анни услышала свой голос, который почти превратился в визг.

– На Лесли Розен.

– Кто? – Это имя было как-будто знакомо.

– На докторе Розен. Я женюсь на Лесли Розен.

Это неправда. Это шутка. Просто невероятно. Кто угодно, только не доктор Розен. Тут Анни рассмеялась.

– Но, Аарон, ты не можешь. Она была моим лечащим врачом. Моим сексопатологом. Тебе она даже не нравилась. Ты дважды консультировался у нее, она тебе совсем не понравилась.