— Похоже, я расстроил вашу сестру, — заметил Патрик, когда за ней закрылась дверь.

— Пожалуй. Но это пойдет ей на пользу, — поджала губы Модести. — Она слишком испорчена вниманием. Со временем ей предстоит убедиться в том, что не все готовы всю жизнь ублажать ее и исполнять ее капризы.

— Не суди ее строго — она еще слишком юна и неопытна, — вступилась Тия. — Родители баловали ее, ты же знаешь. Да и я сама приложила к этому руку, И потом, Эдвина красива и привыкла иметь успех у мужчин. — Тия виновато посмотрела на Патрика. — Она так естественна и очаровательна, что любой захочет уделить ей внимание. Разве можно ее не любить?

Модести презрительно фыркнула.

— Ну, раз уж вы так считаете, мисс Тия, значит, это правда, — пожал плечами Патрик. — Не буду спорить, Эдвина хороша собой, но не более. И уж конечно, она слишком юна, чтобы успеть овдоветь.

К удивлению Патрика, Модести прижала палец к губам и на цыпочках подошла к двери. Отворив ее, она выглянула в коридор. Повертев головой, она снова закрыла дверь и вернулась на свое место.

— Одна из дурных привычек Эдвины — совать свой нос в чужие дела. Она с детства подслушивала беседы старших.

Тия хотела вступиться за сестру, но промолчала — ведь Модести была права. Потом спросила:

— Что нам делать? Тело Херста исчезло, а вместе с ним и единственная возможность разобраться в происходящем. Из-за моей неосторожности мы упустили незнакомца, а значит, на Керзон-стрит нам больше нечего делать.

— Пожалуй, это так. — Патрик задумался.

Его часть расследования тоже зашла в тупик, но он мог попытаться найти тех, к кому попали письма матери. Судя по всему, Тия Гарретт не имела никакого отношения к вымогателю, а потому вряд ли будет ему полезна. Значит, ему предстоит действовать в одиночку. Если говорить откровенно, ему стоило откланяться и больше не беспокоить Тию, но Патрик знал, что дорожит их встречами вовсе не потому, что Тия Гарретт способна пролить свет на запутанное дело с шантажом.

Он усмехнулся про себя. Мисс Гарретт известна своим упрямым и независимым нравом, и убедить ее в том, что их встреча не случайна, будет весьма непросто.

— Я хотел совершить конную прогулку по Гайд-парку, но погода нарушила мои планы. Поэтому я приглашаю вас, дамы, пойти со мной в театр, а затем поужинать где-нибудь в городе.

Тия озадаченно уставилась на него:

— Какое странное предложение! Разве в Гайд-парке или на спектакле можно получить ценные сведения об убийце Альфреда? Не вижу никакой связи.

Модести закатила глаза. Порой она начинала сомневаться в уме своей подопечной. Когда дело доходило до отношений с сильным полом, Тия совершенно не понимала намеков! Неудивительно, что Хоули Рэндалл с такой легкостью уговорил ее на побег!

— Вы совершенно правы, миледи, Гайд-парк никак не связан с убийством вашего зятя, — с неподражаемой улыбкой ответил Патрик.

Тия нахмурилась:

— Тогда зачем вы предложили нам прогулку? Нас связывает общее дело, не более того. К тому же всем известна моя репутация, и если вы появитесь в общественном месте в моей компании, могут пойти слухи. — По тому, как Тия закусила губу, Патрик понял, что этот вежливый отказ дался ей непросто. — Я не хочу показаться невежливой, но в ваших интересах не появляться в обществе… падшей особы.

Патрик вздохнул и взглянул на Модести:

— Вы не можете оставить нас вдвоем?

— О, разумеется! — И Модести выскользнула из гостиной прежде, чем Тия успела удивиться такой покладистости.

— Интересно, что за секрет вы хотите скрыть от моей тети? И с чего это Модести так безропотно вам подчинилась?

Патрик быстро шагнул к ней и привлек к себе.

— Просто ваша тетушка куда наблюдательнее вас. Она сразу догадалась, что я увлечен вами. Даже когда мы врозь, я постоянно думаю о вас. — Его рот нашел ее губы. Поцелуй был требовательным и жадным.

Тия замерла, потрясенная услышанным. Вместо того чтобы ответить на поцелуй робко, она исступленно прижалась к Патрику и застонала. Все чувства разом проснулись и затопили ее, лишая остатков воли. Она тонула в сладком плену, ощущая, как сильные мужские руки без тени стыда гладят и ласкают ее тело. Незнакомый мужской запах дурманил голову, настойчивые губы Патрика дразнили и играли с ее губами.

С трудом оторвавшись от нее, он отстранился и всмотрелся в расширенные зрачки.

— Неужели тебе всегда все нужно объяснять в такой доступной форме? — усмехнулся он.

Тия отступила назад. Ее охватили запоздалые подозрения. Ноги подкашивались от страха, что она разгадала его игру. Она спросила дрожащим голосом, уже зная ответ:

— Ты хочешь с-соблазнить меня? К-как Хоули?

Патрик едва не выругался. Взять бы сейчас этого Хоули и хорошенько приложить головой о стену!

— Значит, так ты себе представляешь наши отношения? Я напоминаю тебе Хоули? — Взгляд Патрика потемнел.

— Нет, то есть не совсем. Но что я должна думать? Тебе известно, кто я. — Щеки ее вспыхнули румянцем. — Джентльмены ищут встречи со мной по двум причинам: либо затевают пари, либо хотят меня соблазнить.