Сэйбора всю его жизнь окружали изысканная музыка, приличное общество и атмосфера дружелюбия. Алахара был одним из приятнейших городов на Поясе астероидов - «многоквартирный дом», населенный десятью тысячами людей, которые все состояли на службе их финансовой империи. Сэйбор в совершенстве освоил три музыкальных инструмента, в равной степени блистал способностями как в технике, так и в искусстве и при этом бездельничал, меняя конкубин по достижении ими соответствующего возраста. О семейном доходе заботились мать и старшие сестры.

Это было время, когда мечтатели считали, что фабрикаторы сделают банки ненужными. Нажмешь правую кнопку - и волшебный ящик сотворит по твоему хотению ароматное жаркое. Наберешь другую комбинацию цифр - и вот тебе отштампована мебель для жилища, одежда для тела и игрушки для досуга, подаренного тебе жизнью. И к чему теперь какие-то деньги?

К счастью, на деле все оказалось не совсем так. Фабрикаторы уже два века относились к разряду обычной бытовой техники, а семья Сэйбора все еще занималась своим традиционным бизнесом. Хотя, конечно, поначалу внедрение фабрикаторов подорвало экономическую систему Земли. Меньше чем за месяц оно спровоцировало массовую катастрофическую дефляцию. Цены и доходы упали на 70 процентов. Но когда турбулентность процесса спала, семья Сэйбора все так же продолжала выдавать кредиты и отщипывать прибыль от микроскопических колебаний процентных ставок.

Фабрикаторы могли снабжать вас всем необходимым по смехотворно низким ценам, но они сами нуждались в энергии и сырье. Им требовалось программное обеспечение и время на инсталляцию программ. Кроме того, существовали вещи, которые были неподвластны даже лучшим из машин. Фабрикаторы не формировали социальный статус. Они не могли заниматься генетическими манипуляциями, не способны были к созданию таких ярких индивидуальностей, как Вейли и Чой. А главное, фабрикаторы не умели анализировать и не имели творческой фантазии. Они не разрабатывали собственные программы. Они не могли прогнозировать развитие потребительского спроса.

–  Деньги, - любила напоминать сыну Рейли, - чрезвычайно иррациональны. Они имеют ценность только потому, что люди согласны считать их ценностью.

Она разместила два миллиона юри на счетах Сэйбора, когда тот основал свое предприятие, нанял персонал и зафрахтовал звездолет для продажи товаров, услуг и продвижения кредитов в далеких колониях человечества. Сэйбор акцептовал ее чеки, когда через три периода сна и четыре периода активности совершил посадку на Фернхайме. Он смог акцептовать и дополнительные суммы, которые мать отправила маниграммой уже после его высадки на планете. Тот факт, что каждое финансовое поручение преодолевало двадцать два световых года, не имел существенного значения. Человеческое общество нуждалось в дееспособной монетарной системе. Точно так же он перевел матери деньги в возмещение ее расходов.

–  Я была бы плохой матерью, если бы не потребовала своей доли, - учила его Рейли сквозь световые годы.
– Я всего лишь предписываю тебе финансовую дисциплину, которую соблюдаю сама и которую диктует финансовая система человечества.

Сэйбор вернулся в каюту и свалился в углу сразу после того, как транспорт лег на прежний курс. Вейли протестировала судовой фабрикатор и заказала тонизирующий напиток.

Гвардию полковника Джайны избавили от снаряжения и оружия и разместили на палубе парохода. Судно само должно было развернуться и отправиться назад вверх по течению на автопилоте. Главный координатор сообщил полковнику, что тот может забрать снаряжение своих солдат через два дня безо всякого выкупа и возмещения убытков.

–  Мы стараемся поддерживать добрые деловые отношения с полковником, - объяснил он Сэйбору.
– Мы сами пользуемся его услугами, когда нанимаем вооруженную охрану для наших судов с ценным грузом.

Вейли протянула Сэйбору чашку. Он показал ей три пальца:

–  У нас три проекта, которые мы обязаны продвигать одновременно. Мы должны собрать дружественные нам банки в единый фронт, мы должны найти слабое место, которое могли бы использовать, и мы должны подготовиться к временному проживанию в диком вельде во всей его первозданности. Я начинаю работать над первым пунктом, а ты займись двумя другими. Организуй нашу «туристическую» поездку, как только мы будем полностью экипированы.

Вейли сверилась со своим дисплеем:

–  На целую коммуну у них всего лишь восемь маунтов.

–  Попробуй купить еще четырех. Я хотел бы располагать некоторыми удобствами.

Напиток приятно разливался по мышцам и нервам Сэйбора, пока он сочинял послание трем своим коллегам.

«С сожалением вынужден сообщить вам, что я отразил вооруженное наступление, профинансированное посессором Кензаном. Я уверен, что нам следует немедленно приостановить все деловые отношения с Кензаном. В ближайшее время я подвергнусь новой атаке и считаю, что недвусмысленная демонстрация единства абсолютно необходима. У Кензана давняя вражда с посессором Добряни. Он собирается нанять сотню солдат и требует, чтобы я профинансировал эту операцию. Я решил отказать. Я финансировал его невоздержанность с тех самых пор, как он получил свою посессию [2]. Я выбрал все лимиты. Мы должны дать решительный отпор».

Приложение содержало заявление координатора Гелавэра, видеозапись столкновения с вооруженным отрядом полковника Джайны и копию ультиматума от Кензана, заставившего Сэйбора срочно эвакуироваться из своих апартаментов в Тэйл-Харбор.

Не в обычае Кензана было прибегать к каким-либо просьбам. Смысл его послания сводился к потоку угроз. Посессор Добряни не противостояла ему только потому, что хотела того же, чего и он. У нее была злорадная натура и желание контролировать каждый клочок еще не колонизованной земли на планете.