За ним появилось еще несколько человек, вероятно эксперты и фотограф. Кирьянов оглядел гостиную, и взгляд его остановился на мне. Надо сказать, довольно удивленный взгляд.

— Здравствуйте, — поздоровался он со всеми, а затем обратился ко мне: — Таня, а ты здесь какими судьбами? В качестве гостьи или по роду службы?

— И то и другое, Володенька, — со вздохом ответила я.

Скрывать что-либо от Кири — как ласково я называла его про себя — в такой ситуации совершенно ни к чему. Дело в том, что подполковник Кирьянов был моим хорошим товарищем и в свое время мы оказали друг другу немало взаимных услуг, часто работая рука об руку и делясь необходимой информацией, поэтому я не собиралась вводить его в заблуждение по поводу причины своего присутствия в этом шикарном, но неуютном доме.

За спиной Кирьянова я увидела молодого высокого блондина с погонами лейтенанта.

— Подполковник Кирьянов, — представился Володя Ириным гостям. — А это мой помощник, лейтенант Герасимов. Прошу никому не покидать этот дом — в связи со случившимся я должен буду опросить каждого из присутствующих.

— Мы что, арестованы? — визгливо спросила Элен Лещинская. Из-за сегодняшних волнений черты лица ее заострились, под глазами залегли синяки, и она еще больше стала похожа на крысу.

— Елена! — успокаивающе сказал Анатолий, подходя к жене и сжимая ее локоть.

— Вы не арестованы, а задержаны для дачи показаний в качестве свидетелей, — устало пояснил Вовка, и я представила — в который раз ему приходится иметь дело с такими нервными дамочками. — Сейчас мы пройдем в соседнюю комнату, и вы сообщите мне свои фамилии, имена и адреса.

— А отчества? — съязвила Лещинская.

Кирьянов посмотрел немигающим взглядом ей в глаза:

— И отчества, и место работы, и были ли ранее судимы.

После такого ответа Элен больше не решилась раскрыть свой ярко накрашенный рот.

— Начнем с вас, Татьяна Александровна, а эксперты пусть приступают к своим обязанностям, — произнес Киря, открывая дверь в соседнюю комнату.

Оставшись наедине, я опустилась в большое мягкое кресло, а Володя устроился в точно таком же напротив.

— Ну, Татьяна, поведай мне, что же здесь произошло.

Я глубоко вздохнула и принялась рассказывать. Через десять минут Киря знал об этом деле столько же, сколько и я.

— Выходит, хотели убить Ирину, а по ошибке «замочили» ее мужа?

— Выходит, так, Володенька. И я думаю, что опасность продолжает ей угрожать. Убийца наверняка кто-то из гостей. Видя, что совершил промах, он попытается исправить ошибку. Ирину нельзя оставлять одну ни на минуту.

— Кстати, где она?

— Она в своей спальне, с ней Людмила Колосова, жена компаньона убитого. Можно сказать, подруга.

Увидев, как сузились глаза Кирьянова, я поспешила добавить:

— Ну, не совсем же она идиотка, чтобы убить Ирину, когда они наедине, и этим сразу же выдать себя.

— Да, конечно, — согласился Володя. — Что можешь сказать об этой Люде, да и вообще об остальных?

— Ну, я познакомилась со всеми лишь несколько часов назад, и, насколько я могу судить, Люда довольно милая и добрая женщина. Она не работает, ведет домашнее хозяйство. Дом, муж, двое детей — заботы о них занимают все ее время. На работу выходить, по-моему, не стремится и с удовольствием родит третьего ребенка, полностью отдавшись его воспитанию. Убивать Ирину, насколько я понимаю, у нее нет никаких причин.

— Может быть, ревность?

— Ты шутишь? — удивилась я. — У Людмилы прекрасный муж, никакого сравнения с этим тупицей Мясниковым. Прости меня, господи, за нелестный отзыв о покойнике! Ревновать Мясникова к жене? Абсурд!

— Да нет же, я совсем не об этом! Я имею в виду, что эта твоя Ирина могла иметь виды на красавца-мужа Колосовой, тем более что ее собственный муженек, как я понял, не отличался ни красотой, ни интеллектом. Что, если Людмила узнала об их отношениях и решила убрать соперницу, но вместо нее случайно убила Мясникова?

— Ирка никогда не стала бы изменять мужу, даже такому отвратительному, как этот Мясников! — решительно заявила я, гневно отвергая Володькину версию. — Ты совсем ее не знаешь! — обидевшись за подругу, кинулась я защищать ее. — Полагаешь, что на свете не осталось порядочных женщин? А она именно такая, и если бы она влюбилась в Олега, то сразу сообщила бы мужу и подала на развод! Да она по натуре неспособна на предательство! Ты понимаешь?!

Дав волю праведному гневу, я для пущего возмущения топнула ногой. Киря с улыбкой наблюдал за мной.