Номера они, к сожалению, не запомнили. Зато описали саму машину так, что я восхитилась поистине фотографической их памятью. А дальше — дело техники. Таксопарков в нашем городе не так уж и много.

Вежливо попрощавшись с бабками, я вернулась в машину, включила зажигание — пусть разогревается — и набрала номер справочной.

Нескольких минут мне хватило, чтобы выяснить телефоны таксопарков. Вот на вычисление машины, выезжавшей по адресу Ларионовой, ушло больше времени. Диспетчеры — люди насквозь недоверчивые, и в конце концов мне пришлось сказать, что пассажир забыл где-то бумажник и не помнит, где именно. На такую неоригинальную «утку» клюнули сразу же. А в итоге я разжилась адресом шофера такси. И его именем, естественно. Мое везение тут закончилось, потому что сегодня у шофера оказался выходной.

Ну я-то на колесах! То есть у моей машины четыре колеса, и я нахожусь в салоне. Так что проблемы не существует.

Тронувшись с места, я отправилась на другой конец города, горя желанием пообщаться с неким Павлом Тушнинским, шофером таксопарка, подвозившим, по моим предположениям, Курского.

Жилище Тушнинского я обнаружила без особого труда. Судя по адресу, он обитал в многоэтажном доме, а в той местности, где я оказалась, многоэтажка была одна-разъединственная. С еще большей легкостью я отыскала квартиру таксиста и через несколько минут уже звонила в обшарпанную грязно-коричневую дверь.

— Вы к кому? — послышался подозрительный вопрос, произнесенный явно мужским голосом. Но голос звучал глухо и не очень уверенно, как привет с большого бодуна.

— Могу я поговорить с Павлом Тушнинским? — осведомилась я вежливо, и сразу дверь открылась.

Будь я человеком менее привычным к всевозможным потрясениям, обязательно бы растеклась по полу маленькой лужицей, ранее носившей гордое звание детектива. К такому таксисту, честно скажу, я бы вряд ли села в машину.

Мощный детина взирал на меня, вовсе не маломерку, мягко говоря, свысока. А точнее — как на таракашку или букашку. Мой взгляд утыкался в обнаженную, страшно волосатую грудь, ниже которой виднелся накачанный пресс спортсмена, а завершалось это великолепие потрепанными тренировочными штанами времен социализма.

Задрав голову чуть не к потолку, я смогла увидеть и вершину этого айсберга — широченную, как тазик, физиономию, заросшую черной щетиной и по-бандитски туповатую, с глубоко посаженными глазами, полностью скрытыми сонно-тяжелыми веками.

— Я Тушнинский, — представился мужчина, распахивая глаза.

Я прикусила губу. Первое впечатление оказалось обманчивым — глаза, умные, серо-голубые и насмешливые, сверкали иронией и легким, даже оправданным в данной ситуации сарказмом.

— Что вам угодно? — спросил хозяин дома, и голос его звучал совершенно трезво.

Честно признаться, я ошалела. Даже больше, чем при первом брошенном на таксиста взгляде. С ума сойти можно.

— Могу я задать вам несколько вопросов? — спросила я, с трудом добившись твердого звучания голоса.

— Да, разумеется. Может быть, войдете? — предложил Тушнинский. — А вы вообще-то кто?

— Татьяна Иванова, частный детектив, — представилась я, окончательно взяв себя в руки.

— Очень приятно, никогда еще не видел частных детективов, — и Павел подтвердил слова действием, принявшись довольно бесцеремонно меня рассматривать. — Входите же!

Я прошла в чистенькую, на мой непритязательный взгляд, прихожую и приступила к беседе.

— Вы вчера подвозили Илью Станиславовича Курского?

— Я не спрашиваю, как зовут моих пассажиров, — логично ответил Тушнинский.

А я подумала, что, должно быть, приобрела страшное заболевание под названием «мозговой разжиж». Мне никак не удавалось оторвать взгляд от странных и притягательных глаз мужчины, и он это прекрасно понимал. Эй, Татьяна Александровна, держите себя в руках! А лучше… — взгляд мой скользнул по сильным широким ладоням Тушнинского — лучше в ежовых рукавицах! — одернула я себя. И сказала, сформулировав вопрос более конкретно:

— В двенадцать часов, адрес: Романовская, 24.

— А, теперь ясно. Холеный парень с чемоданом? Вы тоже им интересуетесь?

— А что, еще кто-то интересовался?

— Да, вчера. Но по телефону, и мужчина, — плотоядно ухмыльнулся Павел.

— И куда же вы его доставили? — осведомилась я, уставившись на носки собственных ботинок.

— Довез до автовокзала, там высадил и уехал.

— Где конкретно вы его высадили? — уточнила я чуть дрогнувшим голосом, разозлившись на себя за это. Злость придала сил.

— Напротив будки ГИБДД, — ухмыльнулся мужчина.

— Может быть, вы заметили — в его поведении было что-то странное?

— Странное? Не знаю. Разве что нервничал немного, оглядывался несколько раз назад, — пожал мощными плечами Тушнинский. — Не знаю, является ли это странным. Мне показалось, что он отправился от благоверной к любовнице, поэтому и переживал: а вдруг заметит, — добавил он с тонким намеком.

— А во что он был одет, вы не могли бы описать? — проигнорировав намек, деловым тоном спросила я.