– Платить будем? – агрессивно спросила дама при исполнении.

Костик покачнулся, расстегивая пуговки на воротнике и хрипя, мастерски изображая удушение, трагически зашептал:

– Воздуху! У кого-нибудь есть валидол, мне плохо.

Костик довольно ловко имитировал приступ, закатил глаза, расслабился и медленно начал наваливаться на кондукторшу, руки его повисли как плети, ноги отказывались держать его. Перепуганная кондукторша (а кому охота потом объяснять со скорой или милицией) истошно завопила:

– Освободите место, человеку плохо! Дайте что-нибудь от сердца!

Пассажиры все же были людьми, они зашевелились, доставая из сумок, пакетов, карманов всевозможные лекарственные перепараты. С переднего сиденья были изгнаны розовощекие крупнотелые подростки, с хорошо накаченной мускулатурой. Костика уложили на сиденье и начали засовывать в от всякую дрянь в рот. Открыли форточку, дали попить водички. Сивухин «неприходя в сознание» отсчитывал остановки, чтобы не пропустить свою.

Естественно, у кого поднимется рука брать за проезд с фактически умирающего человека? Кондуктор он тоже человек, ничего человеческое ей не чуждо. Расчет Костика оказался верным, на нужной ему остановке народ уже рассосался, двери были свободными. Как только автобус остановился, Сивухин, все еще изображая страдающего, спокойно вышел, так и незаплатив. В арсенале Костика таких штучек было с десяток, главное верно угадать тип кондуктора и сыграть на его слабостях. А это Сивухину удавалось всегда.

Костик прошел немного пешком, и увидел нужный ему двухэтажный особнячек. Надпись гласила, что здесь работает некто Конго, экстрасенс и оракул. Табличка была солидная, золотая с выпуклыми крупными буквами, начищеная до блеска. Костик решил, что ему нужно попасть во внутрь, что бы убедиться, что мадам Мерзеева там. Он поднялся на крыльцо, позвонил и дверь тотчас же отварилась. Солидный дедок в униформе, смахивающий на швейцара и отставного генерала одновременно, пустил Константина.

Костик с любопытством огляделся, в таком месте он был первый раз. По его мнению, все эти колдуны должны были жить в окружении летучих мышей, жаб, и всяких ядовитых гадов. А их помощницами должны быть исключительно симпатичные молодые ведьмочки. Ничего этакого, особенного, Костик не заметил. К нему подошла молодая девушка в строгом костюме, с гладкозачесанными волосами, в очках. Ну ни дать ни взять школьная училка-мучилка. Она даже отдаленно не напоминал ведьмочку, хотя была очень симпатичной. На лацкане ее пиджака висел бейдж, оповещавший, что перед вами «Менеджер по работе с посетителями Татьяна Анатольевна Агишева».

Сивухин разачаровано вздохнул, чудес не придвидется.

– Добрый день, – произнесла Татьяна Анатольевна, – Рада приветствовать вас в салоне Юлия Конго. Мэтр занят, прошу вас подняться со мной, для заполнения анкеты.

Костик улыбнулся и собрался проследовать за симпатичной помощницей. Тут раздался совершенно дикий, нечеловеческий вопль: «Помогите! Спасите! Кто-нибудь». Голос показался Сивухину знакомым, уж не Нина ли Михайловна это? Однако, узнать что там случилось, Сивухин не успел, Татьяна Анатольевна быстро сообразила в чем дело и увлекла его в небольшую комнатушечку под лестницей.

– Не пугайтесь, это вполне нормальная реакция организма. Многие женщины истерического типа таким образом освобождают свой организм от негативной энергии, пробивающей их карму. Татьяна Анатольевна проговорила это таким уверенным и спокойным голосом, что Костик поверил, что дикие вопли – нормальное явление. Помощница мага и кудесника Юлия Конго предложила присесть за столик и заполнить анкеты, а сама, извинившись, вышла.

Естественно, Сивухин не собирался заполнять никаких анкет. Да у него и денег столько не было. Вернее, вообще нисколько не было. Он осторожно открыл дверь и выбрался наружу. На лестнице стояла Мерзеева, возле нее высокая, стройная светловолосая девушка. Девушка держала Мерзееву под локоток и что-то терпеливо ей объясняла. Затем они спустились вниз, к окошечку с весьма прозаической надписью: «Касса». Мерзеева оплатила услуги, девушка передала ей какой-то пакетик с надписью «Салон Конго» и, попрощалась, проводило до дверей. Нина Михайловна вышла на улицу. На ее лице все еще играла растерянная полуулыбка, она казалась погруженной в глубокую задумчивость.

Она рассматривала какие-то бусины, болтающиеся на цветных крученных шнурочках, которые достала из пакета. Затем повернула поискала что-то глазами, кивнула головой и улыбнулась. Искала она, видимо, мусорную урну. Мерзеева подошла к ней и собралась выбросить талисманчики. Затем передумала, опустила их в карман своего пальто и медленно побрела к оcтановке. Костик проследовал за ней. Его одолевало смутное беспокойство – может быть Нина Михайловна сошла сума? Этим вызвано посещение всех этих подозрительных мест? И все же, интуиция подсказывала, за Мерзеевой нужно следить, Она и только она может вывести на марку.

Костик вошел в тот же автобус, что и Мерзеева. На этот раз он пристроился совсем рядышком. Ему было очень хорошо видно, как Мерзеева откинулась на спинку сиденья, закрыла глаза и попыталась заснуть. Но тут ее внимание что-привлекло. Нина Михайловна стала присулшиваться к разговору за ее спиной. К сожалению, в автобусе играла музыка и слов Костик не слышал, как ни прислушивался. Но судя по тому, как преобразилась женщина, услышанное было важным.

Вообще-то, Костикт думал, что они едут домой. Он ошибался. Мерзеева вышла на другой остановке и направилась за двумя болтающими старушенциями, которые ехали в том же автобусе. Вдруг она остановила одну из них и начала о чем-то расспрашивать.

После чего Мерзеева бегом направилась к остановке, Ккостик едва поспевал за ней. Сделав пару пересадок, Нина Михайловна оказалась на окраине города. Костик проследовал за ней, прячась за заборами и столбами. Он видел, как та остановилась у покасившегося забора, вошла внутрь и скрылась в доме. Сивухин пробрался за ней. Сквозь приоткрытую дверь он видел и слышал, все, что происходило в комнате. Мерзеевой то ли гадала, то ли что-то предсказывала, горбатенькая седенькая старушенция, напоминающая добрую колдунью (есьт таковые бывают, конечно). Сивухин ловил каждое слово.