Мой телохранитель смущенно потупился. Да и что он мог сказать? Лишь кивнуть, и уже обращаясь ко мне:

– Я провожу тебя, – а когда отошли, участливо поинтересовался, – Больно?

– Нет, только когда смеюсь, – усмехнулась я, вспомнив известный анекдот. Черт побери, и правда стало больно! Гадость какая! Адреналин, выплескивавшийся во время битвы в немереных количествах, пошел на спад. Причем активно, поэтому стали ощущаться такие радости жизни, как боль, усталость… так, глядишь, и угрызения совести проснуться.

Но пока голова у меня все еще болела о другом. Замедлив наш с Крисом резвый путь к выходу, я сказала ему:

– Мы не можем так просто уйти! Нужно замести следы. Это же ужас! Оставим все, как есть, и завтра, да уже сегодня, здесь будет туева хуча ментов! Будет искать банду маньяков-убийц!

– Не беспокойся, все следы заметут в лучшем виде, – успокаивал меня Крис, продолжая подталкивать к выходу.

– Как такое можно скрыть? – я всегда была подозрительной, и не собиралась отступать.

– Огонь скроет все.

– Тут должен быть настоящий огненный котел!

– Так и будет. Андре уже обещал посодействовать магией. Она усилит пламя и оградит от него соседние дома. Она же поможет не заметить пожара, пока все улики не будут скрыты.

Андре… да, надо бы пойти к нему. Он столько сделал, и ему еще столько нужно сделать… Я уже сама резво шла к выходу. Только плечо разболелось сильнее, будто к нему пудовую гирю привязали. Хотелось вытащить мешающий нож. Как же хочется…

Когда я увидела Андре, в глазах у меня уже двоилось. Хорошо Крис меня поддерживал, иначе я бы непременно предприняла попытку пройти между ними. А так мой телохранитель вежливо притормозил меня за шаг до Андре.

Сам Андре (насколько я могла судить своим раздваивающимся зрением) выглядел бодрячком. Правда руки, кажется, чуть дрожали… Да долго рассматривать мне его не пришлось, так как Андре кинулся ко мне и попытался обнять, но Крис остановил его, сказав:

– Осторожнее! Она ранена – не видишь?

Маг тут же увидел причину. У него вырвалось:

– О, боже! Как ты до сих пор ходишь?

– Ну, мне же не ногу оторвало!

– Тебя совершенно нельзя пускать в битву! Совсем себя не бережешь!

– Задача воина – уничтожить врага, а не забота о собственной заднице, – буркнула я.

– Но после битвы надо позаботиться и о себе, – ответила Иветта. Оказывается, она успела подойти к нам. Она сказала Андре, – Мы там уже закончили. Теперь твоя очередь.

– Да, сейчас, но…

– Не волнуйся, я позабочусь о Лео. Мы все позаботимся.

Андре еще раз окинул взором нашу живописную компанию, сказал "хорошо" и удалился.

А меня повели, так сказать, в кустики. Точнее разложили натравке в укромном уголке и занялись моим лечением. Я не рыпалась, этот нож меня уже и правда достал. Хотелось поскорее от него избавиться.

С меня содрали то, что еще оставалось от рубашки, так что я осталась в белье типа лифчик. Надо мной склонились Иветта, Крис и Инга, оттеснив всех остальных. Раненых и так было достаточно, и им всем требовалась помощь.

Я чувствовала, как чуткие пальцы Иветты осторожно ощупывают рану, потом ладони ложатся вокруг ножа, и сразу же ее сила начинает течь в мое тело, успокаивая, обезболивая. Все стало как в тумане, приятном тумане. Я слышала, как Иветта сказала Крису:

– Давай!

И он резко выдернул нож. Тотчас показалась кровь, но гораздо меньше, чем положено. Где-то далеко проскользнула мысль, что из-за новой силы Иветта стала еще лучшим целителем. Почти одновременно с этим я почувствовала прикосновение губ к ране. Она зализывала ее быстрыми движениями языка, так что кровь почти сразу остановилась, и рана стала заживать. Быстро, не оставляя и следа.

На самом деле рана-то пустяковая, у меня бывали гораздо хуже, да у половины участников сегодняшнего сражения раны куда как серьезнее. У тех же Инги и Криса. А тут со мной возятся!

Словно прочитав мои мысли, Иветта сказала:

– Вожаки должны приводиться в форму в первую очередь, так как от них слишком много зависит.

– Все равно, – не сдавалась я.

Моя рана была полностью излечена, и я села на траве – не очень удобно, так как уже начала выпадать утренняя роса, но все равно. Мои коты тотчас прильнули ко мне, и стало легче, словно я оказалась дома. И у меня словно клапаны открыло. Произошло что-то похожее на то, что случилось тогда на поляне. Я почти физически ощутила нашу связь, как множество соединяющих нитей, по которым, как по венам, циркулировала сила. Она дарила им ласку, восстанавливала, излечивала. Постепенно вобрав в свой круг не только котов, но и волков.