– Хватит! Я все уяснил!

– А толку-то? – Даша поняла, что сочувствия не дождешься, и мало-помалу успокоилась. На сердце у нее было очень тяжело, однако мысли все больше прояснялись, пока перед ней не забрезжила очевидная истина: она вляпалась по уши и эти сосиски могут быть последними в ее жизни".

– Значит, тот же самый костюм… – задумчиво проговорил он, устремляя взгляд в зеркальный потолок.

Даша молча принялась есть сосиску, прихлебывая попеременно то пепси, то коньяк. В кафе было шумно, многолюдно, и ей вдруг подумалось: а не находится ли она сейчас в той же ситуации, что и Аркадий? Кафе в центре. Позднее время суток. Темнота за окнами. И тот, кто шел за ней еще полчаса назад. Тот, кто не догнал ее с первого раза, но со второго, может быть…

Удивительно, но те же самые мысли пришли в голову Игорю Вадимовичу, поскольку тот наконец заявил:

– Какое-то проклятье! Все точно так же! Даша проглотила кусок хлеба и чуть не подавилась.

Он рассеянно хлопал ее по спине, а девушка в этот миг чувствовала себя маленькой и жалкой.

Наконец она прокашлялась, утерла выступившие на глазах слезы и произнесла:

– Вот я и думаю: а стоит ли дальше возиться? Все равно он меня найдет… Разве вы можете караулить меня все время?

– Вот это я тебе и предлагал, – раздраженно напомнил ее опекун. – Но ты отказалась, если помнишь.

Даша допила коньяк и почувствовала себя немного храбрее. В конце концов, сейчас, в данный момент, ей ничто не угрожало. Она была в освещенном месте, среди людей, и Игорь Вадимович не сделал ей ничего плохого, кроме как признался в своих чувствах.

«Согласиться, чтобы он обеспечил мне убежище? Ох нет. Я знаю, что тогда не смогу его отшить… А глазки у него нехорошие. То есть ничего дурного в них нет, но видно все, все, что он сделает со мной, когда я соглашусь… Черт бы взял мою красоту, из-за которой мне не везет! Хоть бы раз повезло, так нет! Постоянно на что-то напарываюсь!»

Она понимала, что возвращаться домой опасно, раз маска выследила ее и начала преследовать. Никакой засов не спас бы ее, потому что прежде, чем добраться до засова, ей придется миновать улицу, двор и подъезд. Даша слишком хорошо помнила рассказ Игоря Вадимовича о смерти Аркадия, да и пример Аллы отнюдь не внушал ей спокойствия за свою судьбу.

– Что мне делать? – напрямую спросила она.

– Разбить остальные восемь статуй, чтобы окончательно разругаться с председательницей, – хмуро ответил он. – По-моему, ты и сама прекрасно знаешь, что тебе делать. Ведешь себя глупее некуда.

Даша повесила голову.

– Тебе надо было войти в доверие, а ты вместо этого вызвала у нее подозрения на свой счет, – продолжал он уничижительным тоном. – Я просто поражаюсь твоей глупости.

– Ну, вы не очень-то! – попросила девушка, собираясь с мыслями. – Лариса не стала распространяться на эту тему. Видимо, статуя не представляла для нее особой ценности. Она сама сказала, что это просто болванка.

– Про статую? – Собеседник, казалось, вспомнил что-то. – Она назвала статую болванкой? Странно… А ведь заплатила за нее деньги, и, судя по всему, немалые… Оплатила обучение Аркадия и прочее… А теперь разочаровалась в своем заказе?

– Видимо, да. – Даша пожала плечами. – По-моему, она вдруг прозрела. Сначала очень разозлилась, когда увидела статую, а потом как будто потеряла к ней всякий интерес.

Игорь Вадимович хмыкнул, издевательски помахав рукой:

– Женская логика!

– Вы меня имеете в виду? – удивилась Даша, поскольку сама особой логики в своих словах не заметила и вообще была не способна к логическим рассуждениям в этот момент.

– Ее, – коротко ответил он и погрузился в молчание.

Даша все съела, выпила и затосковала, оглядывая кафе и его ночных посетителей.

«Какой шумный кабак. Боже мой, насколько тише и уютней было бы в баре клуба, хотя там и бродила Лариса со своими закидонами! Там, по крайней мере, были ворота, в которые не мог войти посторонний, и всегда был кто-то рядом… Там была ограда с опасными шипами наверху, фотоэлементами и комнаты для отдыха, которые можно было запереть… Отгородиться от всего мира, затаиться среди снегов и деревьев… Каждый там как на ладони и в то же время – полностью укрыт от посторонних глаз…»

И она вдруг поняла, что лучшей защиты для себя считает не свой дом и не убежище, которое ей предлагал Игорь Вадимович, а ту самую комнату для отдыха, которую она осмотрела перед уходом из клуба.

«По разным причинам… – вспомнила она слова Ларисы. – О, моя-то причина достаточно веская, чтобы я воспользовалась защитой клуба… Только предоставят ли мне защиту теперь, когда я опозорилась?»

– Алло! – окликнул ее Игорь Вадимович, и она очнулась. – Ты заметила, по крайней мере, когда за тобой пошла та маска?

А? Маска? – Даша вздрогнула и отвела взгляд от темного окна. – Послушайте, но разве та маска может преследовать меня на улицах Питера? В Венеции это вполне нормально, но пусть кто-нибудь попробует в таком виде шататься по нашему городу! Сразу в милицию заберут!