Говоря таким образом, флибустьер сделал несколько шагов вперед и крикнул громким голосом:

— Кто идет?

— Друзья! — тотчас ответил по-французски один из подходивших.

— Друзья, пусть так, — ответил Монбар, — хотя мне кажется, что ваш голос мне незнаком. Однако, друзья, прежде чем подойти, назовите ваши имена.

— С превеликим удовольствием, Монбар, — ответил тот, — я — Филипп.

—Филипп! — вскричали флибустьеры с удивлением. — Какая приятная встреча!

Выйдя из-за деревьев, они бросились навстречу к подходившим, которые в свою очередь ускорили шаг.

Это действительно были Филипп и Питриан.

Горячо приветствовав друг друга, флибустьеры весело возвратились в лагерь, куда не забыли перенести медведя, которого Данник так ловко убил и который явился невольной причиной встречи авантюристов.

Когда все уселись около огня, в который Данник подбросил охапку сухих дров, Монбар спросил Филиппа, по какому поводу находится он так далеко от мест, посещаемых флибустьерами. — Я мог бы задать вам тот же самый вопрос, любезный Монбар, — улыбаясь, ответил Филипп, — поскольку встреча эта странна и для вас и для меня.

— Это правда, друг мой, — согласился Монбар, — но меня привел сюда случай.

— Какой же случай?

— Буря, друг мой. Я лишился своей шхуны и пристал сюда, не зная, где именно нахожусь. Спешу прибавить, что как только я понял, что попал в Венесуэльский залив, то очень обрадовался, так как давно уже собирался его осмотреть.

— А ваша команда?

— Кроме этих двух товарищей, все погибли.

— Это очень печально! — сказал Филипп, покачав головой. — А я должен откровенно признаться вам, любезный Монбар, что покинул Черепаший остров с решительным намерением попасть именно сюда.

Не случилось ли и с вами несчастья, как со мной?

Нет, слава Богу! Мое судно спрятано в густой чаще деревьев, где испанцам уж никак его не заметить.

Браво, друг мой, это известие для меня тем приятнее, что, признаюсь, я не представлял, как мне выбраться из этой засады.

Я в вашем распоряжении, как вам известно.

— Благодарю. Когда вы прибыли?

— Вчера в восемь часов вечера. Сегодня утром, прежде чем сойти на берег, осматривая местность, я заметил вашу лодку, огибавшую маяк. Не зная наверняка, кто находится в пироге, я, однако, с первого взгляда понял, что это лодка Береговых братьев. Я немедленно высадился на берег и пошел вас разыскивать, чтобы, если нужно, предложить вам свои услуги.

— Благодарю еще раз, дружище, за меня и моих товарищей, потому что мы действительно находились в довольно затруднительном положении. Я вижу, что случай, о котором я говорил, ничего не значит во всем этом деле… Позвольте задать вам еще один вопрос.

— Я к вашим услугам.

— Каким образом, разыскивая нас с самого утра, вы нашли нас только ночью?

— Позвольте мне сказать, что вы сами в этом виноваты.

— Каким образом?

— Вы разве не слыхали наших сигналов?

— Постойте, — сказал Тихий Ветерок, — кажется, я слышал ружейный выстрел незадолго до заката солнца.

— Да, рискуя быть услышанным индейцами — ведь вы знаете, что мы здесь на индейской земле, — мы с Питрианом не переставали стрелять целый дань.

— Мы слышали выстрелы только один раз.

— Да, — прибавил Монбар, — и не стали отвечать, боясь нарваться на испанских охотников.

— Испанцы не смеют показываться сюда: здешние жители — людоеды и ведут с ними ожесточенную войну.

— Это важные сведения.

— Словом, мы отчаялись найти вас и уже готовились вернуться к нашему судну, когда ружейный выстрел, которым Данник уложил медведя, указал нам на то место, где вы находитесь. Как видите, любезный Монбар, все очень просто.

— Это правда, любезный друг, но вы мне не сказали, что за причина привела вас к этим берегам. Впрочем, если эта причина должна остаться тайной, то извините меня, будем говорить о другом.

— Нет никакой необходимости, друг мой, скрывать, особенно от вас, причины, которые привели меня на этот берег. Я прибыл сюда, чтобы тщательно осмотреть эту местность, так как собираюсь предпринять экспедицию против Маракайбо, в котором, если слухи не лгут, накоплены огромные богатства.

—Правду ли вы говорите, друг мой? — с живостью вскричал Монбар. — Неужели вы для этого приехали сюда?

— А для чего же другого?

— Правда, и платя откровенностью за откровенность, любезный Филипп, я скажу вам, что у мы с вами преследуем одну цель: я также хочу предпринять экспедицию против Маракайбо.

— Вот как! — радостно вскричал молодой человек. — Как это кстати! В таком случае я охотно уступаю вам право возглавить экспедицию, — на это вам дают неоспоримые права ваш опыт и ваша слава, — с условием, чтобы я был вашим помощником.

— Решено? — спросил Монбар, протягивая ему руку.