Толкин Джон Рональд Руэл
Шрифт:
Только через несколько минут Бильбо, подняв глаза, воскликнул:
– Дунадан! Вот и ты, наконец!
– Колоброд!
– рассмеялся Фродо.
– У тебя, похоже, куча имен?
– Хм, я многие знаю, - удивился Бильбо, - но вот «Колоброда» еще не слышал. Зачем ты его так зовешь?
– Это меня в Брыле прозвали, - ответил за Фродо Арагорн, - и под этим именем хоббитам представили.
– А ты почему зовешь его «Дунадан»?
– в свою очередь поинтересовался Фродо.
– Э-э, я думал, тебе пошли впрок мои уроки эльфийского, - проворчал Бильбо.
– По крайней мере, сочетание «дун-адан» ты должен был бы знать. Оно значит: Человек с Запада, Нуменорец. Ладно, сейчас ведь не урок, - он повернулся к Арагорну.
– Где же ты был, друг мой? Почему не пришел на пир? Леди Арвен я там видел…
Арагорн печально вздохнул.
– Знаю, - произнес он.
– Мне было не до веселья. Из Пустоземья неожиданно вернулись Элладан с Элрохиром и принесли важные новости. Я говорил с ними.
– Вот и хорошо, - ворчливо проговорил Бильбо, - новости ты услышал, значит, можешь уделить и мне минутку. Элронд ждет к концу вечера новую песню, а у меня там не все гладко. Давай-ка отойдем в уголок и пошлифуем ее немножко.
– Конечно, - улыбнулся Арагорн, - дай только посмотреть слова.
Сэма одолел сон, и Фродо на время оказался предоставлен самому себе. Он даже почувствовал некоторое одиночество, несмотря на многолюдье вокруг. Но ближайшие его соседи молчали, поглощенные гармонией звучавших в зале голосов и музыки, и Фродо тоже невольно стал прислушиваться.
Нельзя сказать, чтобы он все понимал, но чарующие звуки быстро захватили внимание, и скоро хоббиту стало казаться, что слова наполняются смыслом, за ними встают видения дальних стран, образы удивительных вещей, о которых он раньше и не помышлял вовсе; освещенный пламенем камина зал словно заткался золотистым туманом, колыхавшимся над белейшей пеной мерно вздыхающих на краю мира лазоревых морей. Музыка завораживала, навевала грезы и вот уже бесконечная река серебряных звуков потекла над ним, непостижимая в многозначных глубинах, подхватила и понесла на вечных волнах. Со счастливой улыбкой Фродо отдался волшебному потоку и канул в сон. Музыка и там не оставила его, сначала обернувшись бегущей водой, а потом неожиданно - знакомым голосом Бильбо, нараспев читающим стихи. Поначалу смысл ускользал от Фродо, но вскоре слова прояснились и он стал слушать.
Для странствий судно создавал Скиталец вод Эарендил; Он прочный остов воздвигал, Борта и мачты возводил, Ткал паруса из серебра, Крепил огни - светить в пути; Подобьем лебедя была Резная грудь его ладьи. В доспехи древних королей Он облачил могучий стаи. С ним щит, священной вязью рун Хранящий странника от ран; С ним верный лук - драконий рог И стрел эбеновых колчан; С ним жаркий меч, что до времен Укрыт в холодный халцедон. Пером орла украшен был Алмазный шлем, высок и крут, И в такт дыханью на груди Переливался изумруд. И он, покинув берега, Блуждал в неведомой дали, Скитаясь в колдовских краях, Куда пути его легли; Он уводил свою ладью Прочь от враждебных берегов, От скрежетанья ломких льдов И от обугленных песков. Привел на грань извечной тьмы Его скитаний тайный ход; Там Ночь сливается с Ничто В беззвездности бездонных вод, Там ветер дыбит пенный вал И бьется яростно во мгле; Эарендил пути искал Домой, к покинутой земле. В слепом неведеньи он вел Корабль на исходе сил, Когда бескрайний черный мир Нездешний пламень озарил: То Эльвинг с сумрачных небес К нему слетела. Сильмарилл Она скитальцу принесла, - Эарендил увенчан был Живым огнем. И вновь корабль Он повернул, неустрашим, Под пенье пенящихся волн Ветрами ярыми гоним; Неумолимый ураган, Родившийся в Ином Краю, Дыханьем силы неземной На Запад устремил ладью. Ее влекло сквозь гиблый мрак По черным водам, где на дне Сокрыта древняя земля Ушедшая с Началом Дней… Но вот узрел Эарендил Кайму жемчужных берегов, Где тонкой музыкой звучал Прибой искрящихся валов; То в легкой пене облаков Стоял священный Валинор, И Эльдамар лежал вдали За чередою тихих гор. Скиталец вырвался из тьмы Под сень блистающих небес В Обитель Эльфов, Древний Дом, Где воздух нежен, светел лес, Где Ильмарин среди долин Вздымает свой могучий склон, И неприступный Тирион В зеркальных водах отражен. В земле, живущей вне времен, Старинных саг чеканный строй Ему звучал, и песнь лилась Под звуки арфы золотой; И в белоснежное шитье Он был одет; и семь огней Ему светили на пути В стране, где нет теченья дней. Он был допущен в тайный мир, В котором вечен юный свет, Где первый, Истинный король Владычествует с давних лет. Там услыхал Эарендил Слова, запретные иным; Виденья Эльфов и Людей Прошли чредою перед ним.