— В чем дело?

— Толкается… — покраснев, проговорил Галина. — Маленькой ножкой тук-тук…

— Тьфу, псих!

— От психа слышу!

Некоторое время я лежал, тупо глядя на дверь. Вот уж попал так попал. Когда еще Черному Барону придет в голову вытащить меня обратно? Да меня здесь так залечат, что последние мозги вылетят!

На этой мысли я вынужден был прерваться, потому что дверь в палату приоткрылась. «Сейчас на электросудорожную терапию потащат! Буду защищаться!» — мелькнуло у меня в голове.

Лицо человека в белом халате, шагнувшего в палату, с первого взгляда показалось мне очень знакомым, прямо-таки родным. И в следующую минуту я уже подскочил, узнав окончательно.

— Петька!

— Тише. Василий Иваныч! Не ори, пожалуйста, товарищ комдив!

— Молчу, молчу… Как я рад тебя видеть! Понимаешь, меня тут за психа держат! Ты уж черкни письмецо в ставку Главнокомандующего, а то и самому Троцкому. Мол, залечат легендарного комдива!

— Василий Иваныч! Тише!

Глухо бряцая шпорами, выглядывавшими из-под халата, Петька прокрался к моей койке, хмуро глянул в сторону Галины и присел рядом со мной.

— Вот, — сказал он, опуская мне в руки холщовую торбочку. — Как ты и просил…

— Спасибо. А что тут? Апельсины и йогурты?

— Василий Иваныч! Опять у тебя эти самые… провалы?

Я открыл торбочку. На дне ее поблескивали напильники.

— Согласно вашему плану побега… — едва слышно промычал Петька, косясь на прислушивавшегося Галину.

Мой план побега! Молодец я! То есть Василий Иваныч Чапаев молодец! Футы, я уж думал, что придется припухать здесь до тех пор, пока Черный Барон не соизволит…

— Анка на своей тачанке уже ждет, — шептал мне на ухо Петька. — Дежурного санитара я, как вы советовали, подпоил, он дрыхнет во дворе под телегой. Доктор укатил домой обедать, охрана в картишки режется. Я как посетитель в корпус к тифозным прошел, меня пропустили, потом по черному ходу сюда пробрался. Все пока что гладко идет! Василий Иваныч, торопись! — И Петька шлепнул на койку какой-то сверток. — Переодевайся быстрее!

В свертке оказался полный комплект военной формы. Ликуя, я свалился с койки, стащил с себя больничное белье…

— Аи! — прикрываясь ладонью, запищал Галина. — Мужлан усатый! Как вам не стыдно обнажаться перед женщиной!

— Это что такое? — вытаращился Петька.

— Не обращай внимания, — пропыхтел я, натягивая галифе, — обыкновенный сумасшедший. Беременный к тому же. Та-ак… А где моя шашка?

— С оружием сюда не пускают, — покачал головой мой ординарец. — Придется скрытно уходить. Понятно, что тебе так непривычно. Тебе бы — эх! Ух! Руби! Коли!.. Твой знаменитый ход конем!

— Что еще за ход конем?

— Василий Иваныч, не пугай меня… Это твой излюбленный стратегический прием! Сначала — ураганный удар конницей! И молниеносное обманное отступление! Враг, погнавшись за неуловимым эскадроном, попадает в западню! И тогда — пулеметы! Шашки… Но погоди, товарищ комдив! Нам бы только отсюда выбраться, а потом все по-старому пойдет! Анка по тебе как скучает! Бойцы слезы льют! А Ого-нькову я все-таки жбан набью, очкастой скотине!

— За что? — поинтересовался я, нахлобучивая папаху.

— Как — за что? А кто тебя сюда упек? Этот бумагомарака и упек! Мол, не полагается, чтобы желтый командир наяву бредил… Надо ему нервишки подлечить! Ух, зараза ученая!

— Ладно, — сказал я. — Потом разберемся. Пошли.

— Стойте!

Мы с Петькой одновременно обернулись. Это Галина, поднявшийся с койки, крикнул. Петька, оскалившись, пошел на него, но мой беременный сосед проворно подскочил к кнопке возле двери.

— Только троньте! — воинственно раздувая ноздри, предупредил он.

— Слушай, гермафродит пузатый! — зашипел я. — Чего ты пристал? Лежи себе и лежи! Вынашивай чадо. А мы тихонько уйдем.

— И я с вами!

— Ну уж нет!

— И я с вами! — упрямо повторил Галина. — Мне нравится беременной быть! А эти доктора своими уколами и процедурами меня заставят разнервничаться и забыть манию! Стану каким-нибудь ханом Батыем или — еще того хуже — Котом в сапогах! Думаете, приятно сырую рыбу жрать и за мышами гоняться с моим пузом? Я лучше с вами убегу, подамся на волю, в лесочке где-нибудь построю себе шалашик, рожу, ребеночка воспитывать буду… Человека хорошего найду и замуж выйду…

— О, идио-от! — застонал Петька, хватаясь за голову. — Что теперь делать, товарищ комдив?

— Без паники! — сам отчаянно паникуя, воскликнул я. — Галина, убери палец с кнопки!

— Не уберу!

— Так, та-а-ак… Короче, поступаем следующим образом — берем эту мамочку с собой.

— Василий Иваныч!

— Хочешь, чтобы он санитаров позвал?

— И позову! И позову!

— Н-нет… не хочу санитаров.

— Тогда выполняй команду боевого комдива! Галина, расслабься. Идешь с нами!