Болан снова забрался в «караван», снял его с ручного тормоза и, не зажигая фар и не заводя двигателя, пустил машину вниз по склону. Предстояло преодолеть метров сто, и Болан взял курс на горящие грузовики.

Когда неприятель сообразил, что происходит, было слишком поздно: «караван» уже спустился вниз по расчищенному коридору, кто-то выпустил наугад пару запоздалых очередей, просто так — для придания себе уверенности. Выбравшись на оперативный простор, Болан круто развернул «караван» в сторону огромного «кадиллака» с шестеркой отпетых головорезов.

Запустив двигатель, он включил первую передачу, однако фары зажигать не стал, пользуясь для ориентировки прибором ночного видения.

По радио он услышал, как КП предупреждает об опасности сидящих в «кадиллаке»:

— Бандиту удалось уйти, он направляется к вам. Пропустите его! Но не теряйте из виду! У него в машине пусковая ракетная установка. Будьте осторожны.

— "Скаут-1". Вас понял, КП.

Болан в последний раз нажал на педаль спуска — как раз в тот момент, когда тяжелый бронированный лимузин начал отъезжать в сторону.

Ракета вырвалась из контейнера и накрыла автомобиль, тотчас превратив его в клубящийся огненный шар. «Кадиллак» опрокинулся и, весь искореженный, пропахал, лежа на боку, еще какое-то расстояние. Только бронированная обшивка не позволила ему полностью развалиться на куски.

Двое обливающихся кровью мафиози выползли на четвереньках из-под обломков машины, когда Болан остановил свой «караван» и спрыгнул на землю. Один из них заметил Болана и, подняв пистолет, медленно поводил стволом из стороны в сторону.

Болан выстрелил от бедра. Пуля, посланная из «отомага», раздробила раненому череп. Вторым пассажиром «кадиллака» оказался Джинго Морелли из Кливленда.

— Молись, Джинго, — холодно посоветовал Болан.

Морелли как зачарованный уставился на него. Потом он вдруг рухнул на землю и поднял руки, показывая, что он не вооружен.

— Эй, Болан, не делайте этого, — пролепетал он.

Болан бросил рядом с ним значок снайпера и жестко произнес:

— Приведи мне хоть одну вескую причину, почему я не должен в тебя стрелять.

Глаза Морелли чуть не вылезли из орбит.

— Э-э... Все, что угодно! Только скажите, что вам нужно, и я все исполню!

— Назови мне имя твоего босса.

— О... черт... Я не знаю. Подождите! Позвольте объяснить вам ситуацию! Я...

— Я не прошу у тебя объяснений, — оборвал Болан голосом, который, казалось, шел прямо из преисподней. — Просто имя, Джинго. Сейчас или никогда.

— Но я ни разу его не видел! Клянусь вам жизнью моих детей! Он не из Организации, не из наших!

Болан и сам это прекрасно знал, но ему требовались подробности.

— Сейчас не время вешать мне лапшу на уши, Джинго.

— Так ведь это же истинная правда! Он наемник. И не имеет к нам никакого отношения. И солдаты эти — его!

— Тогда что же тут делаешь ты, Джинго?

— Я всего лишь технический советник. Им нужен был кто-то, кто мог бы вас опознать. Я никогда не напрашивался на эту грязную работу, Болан. Я этого типа терпеть не могу. Но он — крепкий орешек. Он запросил за работу миллион долларов, не считая расходов на подготовку операции. В его распоряжении целая армия, которую он рассредоточил в окрестностях. У него много солдат, машин и снаряжения. Все зовут его генералом.

Это уже было интересно, даже интереснее, чем можно было предположить.

— А что еще ты можешь добавить, Джинго?

— Клянусь вам, мне не известно его имя.

— Тогда молись.

Болан вскинул «отомаг». Морелли словно зачарованный уставился в черный зрачок пистолета.

— О'кей, — выдохнул он наконец. — У него есть кличка — «Рейнджер». Клянусь вам, я больше ничего не знаю. И я никогда его не видел. Связь с ним поддерживается по телефону или по радио. Он заправляет всем с какой-то секретной базы, все вопросы решает по радио.

— А кто сегодня руководил операцией?

— Он. По радио. Клянусь вам!

Болан потратил на беседу с Морелли слишком много времени и чувствовал, что настала пора уходить.

— Скажи ему, что я приехал сюда ради него, Джинго. Скажи ему, что я получил его послание.

На искаженном от страха лице Морелли промелькнула надежда.

— Я все ему передам, Болан.

— Сиди смирно, пока я не уеду, — посоветовал тот.

Он забрался в «караван» и, по-прежнему не зажигая фар, выкатил на дорогу. Однако проехав несколько сот метров, он снова свернул с нее, остановился, пешком возвратился на дорогу и, срезав с дерева большую ветвь, замел ею следы, которые оставили колеса. После чего вновь сел за руль и внимательно изучил показания системы контроля за безопасностью. Все средства наблюдения работали и были готовы к сбору новой информации.