— А сейф вчера вечером был под завязку? — спросил я, глядя Майку прямо в глаза.

— Ну да!

— А чужих денег там не было?

— Были, конечно. У Айелло в сейфе всегда прятали свои деньги те, кто не хотел платить налоги.

— А кто именно, не помнишь?

— Постараюсь вспомнить!

Майк поднялся с кушетки и пошел к двери. Я вскинул руку с пистолетом, прицелился. Он покосился на меня:

— Не надо! Я просто неважнецки себя чувствую. Постою у дверей, подышу свежим воздухом. Господи, до чего я дожил! Крейн, я смертельно устал от такой жизни. — Он резко повернулся лицом ко мне и, потирая ладонью горло, добавил: — Они подозревают меня и Джоанну. Считают, либо я один все это провернул, либо вместе с ней. А ты помог деньги спрятать. Сегодня утром, когда ты отправился к Мадонне, я подумал: «Что Крейну там надо?» Ты на повороте проскочил мимо меня. Я ведь тоже ехал к Мадонне. Решил, брошусь в ноги и стану умолять поверить, что ни я, ни Джоанна к убийству с ограблением непричастны. Увидев тебя, я в первый момент опешил. А потом подумал: неужели Мадонна не сообразит, что, имей ты на руках три миллиона, разве поехал бы к нему? Я даже начал сомневаться, не сами ли они с Айелло расправились. Но пока стоял за выступом, недалеко от поворота на виллу к Мадонне, убедился, что члены организации тут ни при чем. Их солдаты носились взад-вперед как бешеные. Похоже, Мадонна всем накрутил хвосты. Но все-таки кто? Будем рассуждать... У кого ключи от виллы Айелло со всей хитромудрой сигнализацией? У Джоанны... Кто видел содержимое сейфа? Майк Фаррелл... Способны бывшие супруги договориться? Запросто... Она открывает дверь, отключает сигнализацию. Он убивает Айелло. Вдвоем, а может, и втроем, — Фаррелл ткнул в меня пальцем, — они завершают задуманное...

Майк замолчал. Взъерошив пятерней волосы, покачал головой, вздохнул:

— Крейн, знаешь, что я придумал?

— Ну?

— А что, если нам очень постараться, найти эти деньги и поделить их пополам?

— И что дальше? Ну нашли, ну разделили... Думаешь, они нас не достанут?

Майк выдавил улыбку:

— Каким образом? В Штатах ежегодно исчезают без следа тысяч пятьдесят. Объявляют в розыск, а найти не могут. Между прочим, у меня есть адресок...

Он достал из кармана клочок бумаги, протянул мне. Я с трудом разобрал имя и фамилию.

— Это кто?

— Крупный специалист по пластической хирургии.

— Так. И что дальше?

— Дальше я, к примеру, оставляю предсмертную записку. Мол, кончаю жизнь самоубийством, не ищите и все такое... А сам делаю себе новое лицо и живу — забот не знаю.

— А Джоанна? Что будет с ней?

— Вчера она меня на порог не пустила. Стало быть, мы с ней — по нулям. А ты, если хочешь, можешь с ней поделиться.

— Интере-е-есно! — протянул я. — То-то я смотрю, ты предлагаешь разбить три миллиона пополам. Почему не на троих?

— Потому что потому...

— Это не ответ.

— Потому что, как мне кажется, ты и она с некоторых пор одно целое.

— Допустим! А ты, однако, не промах... Но если мы не найдем деньги, если не отыщем след убийцы?

— Тогда нас точно прикончат. Не знаю, как ты, но я уже не живу. Так что лучше было бы деньги найти и оставить их себе.

Я захохотал.

— Ты что, того? — Майк покрутил пальцем у виска.

— Мадонна дал мне на поиски преступника ровно сорок восемь часов. Так что лучше было бы деньги найти и вернуть их ему. О том, чтобы оставить себе, и речи быть не может.

— А если спустя сорок восемь часов ты их не найдешь?

— Вот тогда и будем решать, что делать. А пока, Фаррелл, напрягись и посоветуй, с кого начинать.

— Думаю, надо пощипать блондинку Джуди Додсон. Когда я от Айелло уезжал, она там оставалась.

— Предположим, она пошлет меня куда подальше, скажет, что знать ничего не знает. Что делать дальше?

— Слушай, Крейн, я вспомнил имена и фамилии двоих, чьи деньги хранились в сейфе у Айелло. Эти свертки лежали на полке справа. Ах ты черт! Хорошо, что вспомнил... Знаешь, кто они?

— Пока нет! Скажешь, буду знать.

— Фрэнк Колклаф и Стенли Рейфорд...

Я ушам своим не поверил. Фрэнк Колклаф... Я просто потерял дар речи. С ума сойти! Член наблюдательного совета графства, влиятельное лицо, от которого зависит назначение на любой высокий пост... А Стенли Рейфорд, бывший губернатор, только что заявил во всеуслышание о намерении снова выставить свою кандидатуру на этот пост. А при неблагоприятном исходе он станет бороться за место сенатора в конгрессе.

— Фаррелл, а ты не ошибся? — спросил я после паузы.

— Нет, не ошибся.

Покачав головой, я произнес в раздумье:

— Что-то не верится! Получается, они крепко-накрепко связаны с организацией. Неужели замешаны в каких-то аферах?

— Вот тут я пас! Чего не знаю, того не знаю.

Я нахмурился. Ничего себе ситуация! Может, именно отсюда следует начинать поиски?

— Ладно, Фаррелл, оставайся здесь и жди меня. Время поджимает.

Я направился к дверям. Он шагнул ко мне:

— Может, вернешь мою пушку?

Я окинул его внимательным взглядом, протянул пистолет:

— Фаррелл, если вдруг срочно понадобишься, где тебя искать?

— Здесь либо в баре «Морячка» на Десятой улице. Хозяин — мой хороший знакомый. Надумаю перебраться в другое место — оставлю у него для тебя записку. Его зовут Мальдонадо.

Я кивнул и ушел.

Все-таки Майк Фаррелл непредсказуемый человек, не знаешь, что ему взбредет в голову в следующую минуту, размышлял я, петляя по закоулкам Лас-Палмаса. Будь я все еще полицейским, вдобавок имей достаточно времени и соответствующие полномочия — доставил бы его в центральное полицейское управление как важного свидетеля, чтобы допросить по всем правилам и выяснить, что у него в показаниях правда, а что вымысел.