Полисмен подошел к автомобилю Мейсона:

— Сержант Голкомб говорит, что не хочет держать вас здесь слишком долго, но ему надо задать вам несколько вопросов. Поэтому он велит вам никуда не уезжать.

— Я врач, — заявил Арлингтон, — и не могу оставить моих пациентов. Я должен находиться там, куда можно позвонить по телефону…

— Знаю, знаю, — перебил его полицейский. — Это ненадолго.

— Буду ждать ровно пятнадцать минут с того момента, как предупредил об этом сержанта, — сказал адвокат. — Это максимум допустимого с точки зрения здравого смысла. Если вас, доктор, не успеют допросить и отпустить в течение этого срока, вы также имеете совершенно законное право уехать.

— Постойте! — воскликнул полисмен. — По-моему, вы морочите мне голову. Закон ничего не говорит об этих пятнадцати минутах.

Закон гласит, что всякое распоряжение полиции должно быть разумным, — возразил Мейсон. — Учитывая сложившиеся обстоятельства, полагаю, что пятнадцать минут как раз укладываются в рамки здравого смысла. Беру на себя ответственность за это заявление.

— Можете взвалить на себя хоть целый вагон ответственности, — грубо огрызнулся полицейский.

— По роду моей деятельности мне не раз приходилось это делать, — невозмутимо парировал адвокат.

Полисмен заколебался. Он беспокойно поглядел на дверь отеля и пробурчал:

— Сержант велел не отпускать вас, пока он не вернется.

— Через четверть часа я уеду.

— Вы уедете, когда вас отпустит сержант.

— Я уеду, когда истекут пятнадцать минут после нашего с ним разговора.

Полицейский задумался, как бы получше ответить. В этот момент из отеля вышел сержант Голкомб и широкими шагами пересек тротуар.

— Послушайте, вы действительно беседовали с этим парнем, а мисс Стрит записала его показания в блокнот?

— Да, — ответил адвокат.

— На него напала ваша клиентка?

— Нет.

— Как это «нет»?!

— Мои клиенты не имеют обыкновения нападать на людей.

— Гм… Его ранила женщина, находившаяся в отеле «Рэксмор», в триста девятом номере, который сейчас занимает Ферн Дрисколл… Мисс Кэтрин Бэйлор — ваша клиентка, да?

— Ни разу в жизни ее не видел.

— А Ферн Дрисколл?

— Она моя клиентка.

— Отлично. Я с ней побеседую. Я даже сделаю это до того, как вы ее проинструктируете.

Сержант взглянул на часы.

— Продержите их здесь десять минут, потом отпускайте, — сказал он второму полисмену. — Хотелось бы, Мейсон, услышать от вас подробнее, что происходило перед тем, как Хэррод был ранен. Еще лучше, если бы вы сделали об этом письменное заявление.

— А как быть с доктором? — спросил полисмен.

— Не давайте никому из них притрагиваться к телефону десять минут. Я съезжу в отель и поговорю с девицей, пока Мейсон не скомандовал ей прикусить язык и молчать. Похоже, она будет для нас самым ценным свидетелем.

— Боюсь, сержант, вы не вполне понимаете, как я работаю.

— Наоборот, прекрасно понимаю, — откликнулся сержант. — Не спускайте с них глаз, Рэй, — приказал он полисмену. — Через десять минут можете их отпускать.

Он сел в машину и уехал.

Мейсон взглянул на часы, зевнул, потянулся, зажег сигарету, откинул голову назад и закрыл глаза. Доктор подошел к своему автомобилю и открыл дверцу.

— Вы должны подождать десять минут, — напомнил полисмен.

— Уже только девять, — ответил врач, забрался на переднее сиденье и захлопнул дверцу.

В другой машине Делла Стрит не сводила глаз с часов, отсчитывая время.

— Уже восемь минут, шеф.

Вскоре, по сигналу Мейсона, она включила зажигание.

— Стойте! — вскричал полицейский. — Осталась еще минута.

— Мы прогреваем мотор, — объяснил адвокат. Полисмен заметно нервничал.

— Лучше, если бы вы дождались приказа, — буркнул он. — Сержант ведь может связаться со мной по радио.

— Разумеется, может, — согласился Мейсон, — но он сказал нам ждать десять минут, а они как раз истекли. Вперед, Делла!

Они проехали мимо так и не решившегося остановить их полисмена. Машина Арлингтона двинулась вслед за ними.

— Куда едем? — спросила Делла.

— В агентство Дрейка. Махните доктору, чтобы догнал нас.

Делла немного притормозила и подала знак доктору. Когда машины поравнялись, Мейсон высунулся в окошко и сказал:

— Езжайте домой, доктор, и не отвечайте ни на какие вопросы.

Арлингтон кивнул, нажал на акселератор, и вскоре его машина исчезла впереди.

— По-моему, Пол Дрейк сегодня вечером должен быть у себя, — сказала Делла. — Помнится, он говорил мне, что занят расследованием одного трудного дела и пробудет в агентстве до полуночи.