И тут, уже совсем отчаянно рискуя, девушка спросила с важным видом:

– Но, тем не менее, граф написал много интересных работ для Общества. У него сохранились какие-нибудь черновики, наброски?

– Никаких! Разве я не сказала вам, что это за люди?! Я высыпала все бумаги в корзину и отослала прочь, чтобы больше мне ничего не напоминало о деньгах, потраченных столь бездарно!

Уэйнесс механически улыбалась, изображая вежливое одобрение. Однако, все пока шло из рук вон плохо.

– Я тоже ничего не смогу вам заплатить, но зато научная репутация графа будет подтверждена еще раз.

– Репутация? – презрительно фыркнула графиня. – Это шутка, я надеюсь? Я и о себе-то не беспокоюсь – что же говорить о какой-то там мифической научной репутации графа.

Но Уэйнесс упрямо склонила голову.

– И все же имя графа Рауля высоко ценится в Университете, почитается в других научных учреждениях, и, без сомнения, этим во многом он обязан и вам, вашей поддержке…

– Без сомнения.

– Тогда, возможно, я смогу написать работу о графе и графине Фламандских?

– Как хотите, и ежели это все, за чем вы пришли, то вы свободны.

Но Уэйнесс тоже сделала вид, что не слышала последнего замечания.

– Я надеюсь, граф Рауль тщательно хранил описи своих коллекций, так же, как и свои труды?

– Вероятно. Уж чего-чего, а скрупулезным во всем он точно был.

– Мне бы хотелось просмотреть эти записи, чтобы разгадать одну загадку.

– Невозможно, милочка. Такие вещи находятся под замком до неведомой поры.

К такому ответу Уэйнесс была, в общем, готова.

– Но ведь это делается в интересах науки, и к тому же поможет сделать карьеру лично мне. При этом, уверяю, я никак вас не обеспокою.

Графиня Оттилия задумчиво потыкала тростью в зеленую траву.

– О чем вы говорите, дорогая? Вон калитка, и ступайте туда же, откуда пришли.

Уэйнесс помолчала, не желая так быстро признавать полное поражение.

– Могу я прийти еще раз, когда вы будете в лучшем настроении?

Графиня выпрямилась, оказавшись значительно выше Уэйнесс.

– Вы, что, глухи? Я не хочу больше о вас слышать! Опять эти копания в наших бумагах грязными руками! Невозможно!

Уэйнесс молча повернулась и тихо побрела к воротам.

Время приближалось к полудню. Уэйнесс стояла на дороге, ведущей к воротам Мирки Пород, и ждала омнибус, который, согласно расписанию, должен был ходить здесь каждый час. Но напрасно девушка вглядывалась вдаль – никакого автобуса не было ни видно, ни слышно, и только нудно жужжали вокруг насекомые.

Тогда она присела на каменную скамейку неподалеку. Что ж, обстоятельства таковы, каковых она, так или иначе, и ожидала – тем не менее, девушка чувствовала себя подавленной и оскорбленной.

Что же теперь? Уэйнесс заставила себя задуматься. В голову пришло несколько планов, но все они при ближайшем рассмотрении оказались непрактичными, незаконными, аморальными или просто опасными. Ни один из них не понравился Уэйнес, и особенно те, где так или иначе возникала тема похищения пары собачек.

Неожиданно Уэйнесс увидела горничную Софи, идущую к воротам от замка и несущую в руках пару огромных чемоданов.

– Итак, мы снова здесь, – улыбнувшись Уэйнесс, сказала она. – Как ваше свиданье?

– Ничего хорошего.

– Это можно было предположить с самого начала. – Софи поставила чемоданы и села рядом с Уэйнесс. – Что касается меня, то хватит, бросаю я это дело раз и навсегда. Я с лихвой натерпелась от старой гадины и ее лизоблюдов.

– У нее неуравновешенный характер, – грустно подытожила Уэйнесс.

– О, она прекрасно умеет держать себя в руках! И это весьма плохо, ибо она скупа до неприличия. Всегда платит как можно меньше, а хочет, чтобы работали на нее, словно за миллион! Чего ж удивляться, что прислуга у нее не держится.

– А каков же ее штат?

– Подождите-ка… Ленк с женой, кухарка и кухонный мужик, четыре горничных, лакей, который выполняет обязанности шофера, пара садовников и мальчишка. Скажу еще и вот что: господин Ленк, конечно, дает всем слугам отличный стол и работать много не заставляет. Он, правда, большой бабник, но и его можно остановить, припугнув тем, что все расскажешь его жене, которая такое с ним потом делает, что бедного Ленка становится аж жалко! Зато он выезжает на скорости – такой шустрый, что как прижмет тебя в углу, то и пикнуть не успеешь!