Шрифт:
– Я передумал, – сказал он хрипло. – Я ее беру.
Ее пронзительный крик потонул в восторженном реве толпы. Кэм схватил ее, забросил себе на плечо и направился во дворец.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Леанна придумала отличный план, но все вышло совершенно не так, как она хотела.
Несколько часов назад все то, что она должна и будет делать, казалось ей предельно ясным. Великаны привели ее к султану, который окинул ее плотоядным взглядом.
– Очень хорошо, – произнес он удовлетворенно.
Затем он сообщил ей, что их первую совместную ночь придется отложить. Как будто она с нетерпением ожидала, когда же он ее изнасилует!
– У меня гость, – сказал он, – деловой партнер из Америки. Ты должна лечь с ним в постель и сделать так, чтобы он слышал и видел только тебя. Твоей наградой будет билет на самолет домой.
Ну да, а на прощание, вероятно, он помашет ей рукой и расплачется!
Асаад никогда не отпустит ее, но Леанна решила, что для нее лучше всего будет притвориться, что она со всем согласна.
Ее приведут в комнату к американцу, словно завернутый в упаковку подарок. Дверь закроется, он улыбнется, не веря своей удаче, а она скажет, очень тихо, потому что у стен наверняка будут уши: «Слава богу, что вы приехали. Я американка, меня похитили. Я должна отвлекать вас, чтобы вы и думать не могли о том, что султан замышляет что-то против вас. Нам нужно выбираться из этого ужасного места до того, как это случится».
Но ее никуда не отводили, а выволокли во двор. Хорошо, подумала она. Она подождет, пока они не останутся с американцем с глазу на глаз. Ей и в голову не пришло, что он может отказаться от подарка Асаада. Тем более что, когда этот мужчина увидел ее, в его глазах загорелось желание, тело напряглось. Не заметить это было невозможно. А затем его жаркий взгляд стал ледяным. Леанна не понимала, почему. Ей надо было что-то делать, и быстро.
То, как он выглядел – суровое лицо и крепкое тело, щетина на подбородке, выцветшие джинсы и кожаные ботинки, – было настоящим олицетворением мужественности. Такой мужчина не пропустит оскорбление мимо ушей.
Поэтому она намеренно сделала язвительное замечание. Это был хороший ход.
Но она перестаралась. Он порвал ее одежду и обращался с ней с такой ледяной яростью, которая пугала Леанну больше, чем все, случившееся с ней. Но пока еще не все было потеряно. Все же он был ее соотечественником…
Пройдя мимо ухмыляющихся охранников, Кэм миновал несколько дверей и вошел в огромную комнату.
В которой стояла кровать размером со сцену.
Он бросил женщину на это ложе, подошел к двери и задвинул медные засовы.
– Наконец-то мы одни, – холодно сказал он. Леанна отползла подальше, к спинке кровати.
– Мистер Найт, – отчаянно произнесла она, – я знаю, что вы думаете…
Он издал глухой смешок, словно предупреждающий об опасности.
– Бьюсь об заклад, что знаешь.
– Но вы ошибаетесь. Я не такая, как говорил… – Ее глаза расширились, когда он начал расстегивать свою рубашку. – Подождите, пожалуйста. Вы не понимаете…
Он откровенно рассматривал ее грудь, едва прикрытую разорванным лифом, за который она цеплялась, как за спасательный круг.
– Опусти его. – Что?
– Опусти вот это. – Он посмотрел ей в лицо с такой хищной улыбкой, что ей стало не по себе. – Мне понравилось то, что я увидел во дворе, Лейла. Я хочу увидеть это снова.
– Меня зовут не Лейла, а…
– Мне плевать, как тебя зовут. Мы не будем пить вино и обмениваться телефонными номерами. Мы сразу перейдем к главному. – Его голос стал резким. – Сними лифчик.
– Я не шлюха, – отчаянно сказала она. – Все, что говорил про меня Асаад, – ложь!
Лицо Найта стало суровым.
– Ну, хватит, крошка. Если ты думаешь, что я в настроении поиграть в варвара и девственницу, то очень ошибаешься.
– Я не играю. Я просто пытаюсь…
– Как ты хочешь это сделать?
– Я… я не понимаю…
– По-хорошему? – Его голос смягчился и стал бархатистым. – Тогда я сделаю так, что тебе будет приятно.
– Никак и ничего со мной делать не надо. Послушайте же, я американка, как и вы…
– Как и я? Нет, милая. – Он холодно усмехнулся. – Если бы ты была похожа на меня, я не захотел бы лечь с тобой в постель.
– Дайте мне минуту. Всего одну минуту. Я могу все объяснить.
– Неправда.
– Да! – Она почти кричала от волнения. – Слава богу! Вы все-таки понимаете. Вы… что вы делаете?