— Желает ли кто-нибудь из магов взять опекунство над кем-либо из этих молодых людей?

Ротан вздрогнул, осознав, что пришел его черед. Он открыл рот, но прежде чем он успел сказать что-либо, традиционную фразу произнес другой голос:

— Я сделал свой выбор, Директор.

Голос прозвучал с другого конца зала. Все новички повернулись к говорившему.

— Лорд Яррин, — произнес Джеррик, — наставником кого из этих молодых людей вы желаете стать?

— Дженнила, из семьи Ранда, Дома Сарила и Великого клана Аларая.

По рядам магов пробежал шепоток. Посмотрев вниз, Ротан увидел, как лорд Тайк, отец мальчика, слегка подался вперед в кресле.

Джеррик подождал, пока гул стихнет, и выжидающе посмотрел на Ротана.

Ротан поднялся.

— Я сделал свой выбор, Директор.

Сонеа посмотрела на него и крепко сжала губы, пытаясь не улыбнуться.

— Лорд Ротан, — продолжал Джеррик, — наставником кого из этих молодых людей вы желаете стать?

— Я желаю стать наставником Сонеа.

Эти слова были встречены молчанием. Джеррик просто кивнул в ответ. Ротан вернулся на свое место.

— Ну вот, — прошептал Дэннил. — Это была последняя возможность выйти из игры. Теперь тебе не отвертеться. На ближайшие пять лет вы повязаны одной веревочкой.

— Тише! — прошептал Ротан.

— Желает ли еще кто-нибудь из магов взять опекунство над кем-либо из этих молодых людей? — повторил Джеррик.

— Я сделал свой выбор, Директор.

Говоривший находился слева от Ротана. Все повернулись в ту сторону, послышались возбужденные возгласы — с кресла поднялся лорд Гаррел.

— Лорд Гаррел, — в голосе Джеррика прозвучало некоторое удивление, — опекуном кого из этих молодых людей вы желаете стать?

— Реджина, из семьи Винара и Дома Парена.

Возгласы сменились единодушным вздохом понимания. Глядя вниз, Ротан заметил, что подросток в конце шеренги широко ухмыляется. Разговоры и скрип кресел продолжались еще несколько минут, затем Джеррик поднял руки, призывая к тишине.

— Я бы последил за этими новичками, а заодно и за их опекунами, — пробормотал Дэннил. — Ни один нормальный маг не берет опекунство над учеником первого года обучения. Они наверняка просто не хотят, чтобы у Сонеа был более высокий статус, чем у ее одноклассников.

— Или, может быть, я положил начало традиции, — задумчиво сказал Ротан. — А Гаррел, наверное, уже знает, что у племянника большие способности. Пожалуй, это объясняет, почему семья Реджина хотела, чтобы он начал заниматься раньше.

— Желает ли кто-нибудь еще взять на себя опекунство? — провозгласил Джеррик. Молчание было ему ответом, и он продолжил церемонию: — Пусть все маги, желающие принять опекунство, выйдут вперед.

Ротан поднялся, пробрался к проходу и сошел вниз по ступеням. Там уже находились лорд Гаррел и лорд Яррин. Некоторое время они стояли рядом с Директором, ожидая, пока молодой ученик, раскрасневшийся от волнения, не принес несколько свертков красно-коричневой ткани. Каждый маг выбрал себе сверток.

— Пусть Дженнил выйдет вперед, — приказал Джеррик.

Один из лонмарских мальчиков торопливо прошел вперед и поклонился. Он смотрел на лорда Джеррика широко раскрытыми глазами, и, когда он произносил Клятву Учеников, голос его дрожал. Лорд Яррин протянул мальчику его одежду, и опекун и подопечный отошли в сторону.

— Пусть Сонеа выйдет вперед.

Сонеа прошла вперед и встала рядом с Джерриком. Она побледнела, но грациозно поклонилась и произнесла клятву ясным, недрогнувшим голосом. Ротан протянул ей мантию.

— Я принимаю опекунство над тобой, Сонеа. Отныне твое обучение будет моей заботой до тех пор, пока ты не закончишь Университет.

— Я буду подчиняться вам, лорд Ротан.

— И да будет это на пользу обоим, — закончил Джеррик.

Они отошли в сторону и присоединились к лорду Яррину и Дженнилу. Джеррик обратился к подростку в конце шеренги, на губах которого все еще играла улыбка.

— Пусть Реджин выйдет вперед.

Юноша подошел к Джеррику уверенным шагом, но поклон его был торопливым и неизящным. Пока звучали ритуальные фразы, Ротан смотрел на Сонеа, пытаясь представить себе ее чувства. Она только что вступила в Гильдию, а это — важное событие.

Она посмотрела на юношу, стоявшего справа, и Ротан проследил за ее взглядом. Дженнил стоял очень прямо, но лицо его горело. «Да он сейчас лопнет от гордости», — подумал Ротан. Получить наставника, да еще так рано, — это доказывало несомненную талантливость.

Однако мало кто верит в таланты Сонеа. Ротан подозревал: большинство магов думают, что он стал наставником только для напоминания о своей роли в поисках Сонеа. Расскажи он о ее силе и таланте, никто бы ему не поверил. «Но скоро они узнают», — подумал Ротан, и эта мысль принесла ему некоторое удовлетворение.