Он также изучал технические приемы инвестирования Бенджамина Грэма, на которых частично основывался метод Баффетта; пробовал читать "Анализ ценных бумаг" – классический труд Грэма совместно с профессором Доддом, но не смог понять, о чем там речь. "Разумный инвестор", книга Грэма для обычных людей, читалась легче, но и в ней не удалось до конца разобраться.

Вместо глубокого изучения оригинальных книг этого мастера Джон по крохам собирал только инвестиционные принципы Бенджамина Грэма из разных статей о нем в инвестиционных журналах. Наконец, он понял, как, по правилам Грэма, инвестор выбирает акции, пользуясь критерием спроса, впрочем, более часто используемого при принятии решения о покупке базовой компании.

Суть этого критерия в том, что рыночная капитализация компании (цена акции, умноженная на число акций в обращении) должна быть ниже двух третей чистых текущих активов компании (оборотный капитал минус стоимость акций, минус краткосрочные обязательства). Акций по цене, одобренной бы Грэмом для покупки, на текущем высокооцененном рынке не было вообще.

Более общий совет Грэма не покупать акцию, когда бухгалтерский учет базовой компании сомнителен, казался хорош. Но Джон не мог грамотно применить его на практике, поскольку не разбирался в бухгалтерском учете. Он решил поискать другого инвестиционного гуру, чтобы следовать за ним, не вставая со стула, и на некоторое время остановился на Роберте Бекмане.

Этот миллионер-инвестор не всегда был богат, хотя быстро добился успеха. Начиная свою карьеру на Уоллстрите более тридцати лет назад, Бекман попросил поставить его работать вместе не с самым умным человеком в брокерской фирме на фондовой бирже и не с самым опытным, а с тем, кто делал больше денег.

Это казалось неплохим началом. Проблема Джона, однако, в том, что Бекман использовал волновую теорию Эллиота. Этот продвинутый технический анализ использовал прошлые ценовые фигуры, нанесенные на графики, для прогнозирования цен акций или поведения индексов, а Джон не мог разобраться в этом. Написанная Бекманом по данному предмету книга «Супертайминг» не предназначалась для новичков и поэтому не смогла особенно просветить Джона.

Другие области технического анализа казались такими же туманными, тем более что многие ученые мужи, склонные к фундаментальному анализу, заявляли, что данная концепция не работает. Джон, в конечном счете, решил игнорировать все, что с ней связано.

Учитывая недавний крах высокотехнологического сектора, в который Джон вложил немало денег, ученые мужи теперь перенесли свое внимание на акции компаний "старой экономики" – крепко стоящих на ногах в отраслях, связанных с промышленной разработкой и производством товаров и услуг. Акции этих компаний торговались по все более и более низким ценам.

Компании инновационного типа, работающие в традиционных отраслях, считались наиболее многообещающими, но были недооцененными. Акции одной такой группы, использовавшей денежные потоки "старой экономики" для субсидирования нового онлайнового подразделения, уже устремились вверх.

Но Джон не был готов их покупать, пока не появится повышенный спрос на акции сектора "старой экономики". Он боялся ученых умников, часто правильно предсказывающих тренды, но ошибающихся с выбором времени. Джон не обладал даром предвидения, когда дело доходило до выбора времени. Двумя годами ранее, на пике бума ценных бумаг высокотехнологичных корпорации, он купил высокодоходные, но тогда непопулярные акции одной компании из числа "голубых фишек".

Эта стратегия, принятая по совету экспертов, оказалась ошибочной. Цены его акций в течение нескольких месяцев оставались без движения, затем устойчиво пошли вниз, в то время как якобы переоцененные высокотехнологические чудо-акции подскочили в цене.

Ошибки – часть процесса познания – утверждал любимый веб-сайт Джона "Народные финансы". Он почти каждый вечер ненадолго заходил на этот сайт, а по уик-эндам проводил там больше времени. Его комментаторы побуждали простых людей принимать свои собственные инвестиционные решения и не полагаться на финансовых консультантов или фондовых брокеров, живущих за счет комиссионных.

Джон начал вести секретный дневник, в который заносил все новые данные об инвестициях, а так же принципы, казавшиеся ему важными. Этот дневник, по его убеждению, должен был стать библией, а позже историей его обогащения.

"Дневник великого инвестора" – так хотел назвать его в своих мечтах Джон, заворачивая в знакомый въезд средней школы "Блусток". Было полдевятого, и мальчики в толстых зимних пальто парами и тройками сновали по дороге. Джон с облегчением отметил, что сегодня нет снега, а то дети начали бы кидаться друг в друга снежками и могли бы попасть в него. Он припарковал мопед у края подъездной дорожки между шестилетним бежевым «метро» и помятой красной "фиестой".

Поблизости стоял почти новый белый "фиат пунто" Салли-Энн. 25-летняя учительница французского языка в этой школе для мальчиков явление не совсем обычное. Джон встречался с ней уже целых шесть месяцев. Многие коллеги-мужчины находили ее привлекательной. Джон испытывал гордость, что из всех мужчин она выбрала его.

Он увидел Салли-Энн и догнал ее. Она шла через лужайку между красным кирпичным равным зданием школы и новым белым учебным корпусом: Мальчики часто использовали это место во время перемены для игры в футбол. Дальше находилось здание учительской, куда учеников не пускали.