– Папа, – прошептала Лили, но руку его не отпускала.

– С этим не было проблем, а все остальные сами поверили в несчастный случай. Я оплатил похороны, но не мог забыть о Джеки. Она же осталась одна в этом бедном, несчастном городе. И перевел ей почти все, что у нас было, прости, – он погладил Лили по руке, – эти деньги были отложены на твое обучение.

– Ничего, я понимаю. – Лили покачала головой, утерев слезы.

– Но что насчет Джеки? – спросил Оливер. – Что она от вас хотела, когда вернулась?

– Правды, – вздохнул Вудсон. – Джеки пообещала мне, что никуда не пойдет, что ей просто надо знать, что случилось. Я взял вину на себя, но она мне не поверила. Думаю, она знала про связь ее матери и мэра, так что Джеки ушла, и больше я ее не видел. Но позвонил Джонсону и предупредил, что она может прийти к нему с вопросами… Вот, наверное, и все…

Оливер с трудом встал, забрал диктофон и нажал на красную кнопку, остановив запись. Достал телефон, посмотрел на экран – связь не ловила, – и он подошел к окну. Посмотрел на маленький сад, который прежде не видел, поднял взгляд и вдруг залюбовался рассветным небом над осенним лесом и белоснежными горами. Это был и вправду удивительный дом, где можно встречать рассветы и провожать закаты. И когда связь на телефоне появилась, он набрал капитана из департамента в Сиэтле.

– Оливер, случилось что-то серьезное, раз ты мне так рано звонишь?

– Капитан, мне очень нужен ордер на обыск и задержание…

– И это не может подождать до начала рабочего дня?

– К сожалению, нет, – ответил Оливер, – ордер нужен на мэра Хилтона.

Капитан тяжело вздохнул, а затем, после недолгого молчания, капитан произнес:

– Ты точно уверен? Для таких обвинений нужны железные доказательства и весомые улики.

– У меня есть лучше, – Оливер посмотрел на диктофон, – у меня есть признание одного из причастных к преступлению.

Оливер проснулся в гостиной на первом этаже особняка Вудсонов, напротив зажженного камина. И первое, что он увидел, – удивительный вид на Большое озеро. Он посмотрел на часы: около восьми утра, совсем скоро должны были позвонить из департамента с новостями об ордере. Оливер с трудом встал, у него уже почти не оставалось сил. Хоть он и держал лицо, но на своей памяти не мог припомнить, чтобы ему так часто доставалось. Он уже хотел пройти на кухню, откуда пахло яичницей и, но пейзаж за окном его настолько восхитил, что он, взяв куртку, вышел через веранду на улицу.

Вокруг все подморозило. Над озером еще стоял утренний туман, но небо было ясным, а вершины светились в первых лучах солнца. Медленно покачивались лодки у пристани, и было так тихо, что уши закладывало. Но все же где-то в лесу пела одинокая птица. Оливер прикрыл глаза и вдохнул, насколько мог, полной грудью холодный воздух.

– Детектив, – прозвучал голос помощницы по хозяйству. – Все накрыто, вас ждут.

Она уже хотела выйти из комнаты, но Оливер ее остановил.

– Простите… но мы так и не познакомились, – произнес он.

– Аврелия, – ответила она, – но все в этом доме могут называть меня Айви.

Кухня была просторной, с белой деревянной мебелью и большим островом с темной мраморной столешницей. В небольшом эркере стоял круглый стол, накрытый белой скатертью, и стулья с мягкой темно-зеленой обивкой. Мистер Вудсон, одетый в коричневые брюки и кардиган бордового цвета, сидел с газетой. А Лили в теплой бежевой пижаме ковырялась в тарелке, подперев руку и подтянув к себе колено.

– Доброе утро, – произнес Оливер. Она отвлеклась от тарелки и слабо улыбнулась в знак приветствия.

– Доброе, – ответил мистер Вудсон.

Оливер сел к ним третьим.

– Мисс Лили, разве правильно так сидеть за столом? – произнесла Айви. – Все ваши волосы в тарелку. Мистер Вудсон, вам вареные яйца или яичницу? А вам, детектив, налить апельсинового сока? Свежевыжатый, все как надо…

Оливер кивнул, и совсем скоро перед ним появились высокий стакан с соком, фарфоровая кружка с ароматным кофе, тарелка с яичницей из двух яиц, поджаренный тост с кусочком сливочного масла и вареные сосиски.

– Приятного аппетита, – произнес мистер Вудсон, и все принялись за еду.

Оливеру показалось, что это был самый странный завтрак в его жизни. Стояла тишина, лишь было слышно, как по тарелке работали столовые приборы.

– Мистер Вудсон, что за новости пишут в нашей газете? – спросила Айви, крутясь у холодильника.

– Ох, да так, ничего важного, – ответил он, шелестя газетой, – разве что напоминают, что совсем скоро фестиваль урожая.

– О, опять весь газон у пристани затопчут. – Она вернулась к столу и поставила перед ними три десерта: бисквит с кремом и клубничным джемом, украшенный листиком мяты.