– Да, там они оказали неоценимую помощь – ну, в каком-то роде. Интересно, сейчас-то они почему молчат?

– Может, им просто сказать нечего.

Меня, признаться, весьма озадачило то, как эти двое мужчин говорили о семи маленьких статуэтках на столе, – словно те были живые. Я приблизился и внимательно их изучил. Кстати, я увидел линии силы, протянувшиеся к ним от пальцев этого человека, Пола, – как раз когда он говорил о «нитях» и осуществлял эти свои… манипуляции. Еще я засек пульсацию энергии вблизи его правого предплечья, где у него красовалось родимое пятно в форме дракона – почему-то смотреть на него было неприятно… Казалось, я должен что-то знать об этой штуке, только вот что? Но нитей – нет, никаких нитей я не заметил. Равно как и никакой реакции со стороны фигурок – разве что одна слегка дернулась, уворачиваясь от направленного на нее заряда силы.

Я подлетел к ним, сжался, проверил текстуру разных материалов, из которых они состояли. Холодно и безжизненно. Ничего интересного. Никаких тайн – не считая той, которую им придавали человеческие слова.

Продолжая исследовать поверхности, я совсем уменьшился и сосредоточил все внимание на той фигурке, с которой только что общался Пол. Мои дальнейшие действия были столь же спонтанными, как и само принятое решение: я начал вливаться в нее, протекая внутрь сквозь мельчайшие поры…

ОГОНЬ!

Неописуемое жжение охватило меня всего, пронзило насквозь.

Расширившись, заполнив комнату и растекаясь за ее пределы, в ночь, я думал, что вот это, наверное, и есть то, что именуют болью. Никогда раньше я не чувствовал ничего подобного – и не желал почувствовать больше никогда!

Я стремился к максимальной разреженности, ибо в ней таилось облегчение.

Пол был прав относительно фигурки: каким-то непонятным образом она была живая. И не желала, чтобы ее беспокоили.

За пределами стен Рондоваля боль начала стихать.

В глубине меня что-то зашевелилось… нечто, всегда пребывавшее там, но теперь решившее пробиться наверх, к осознанию…

– А это еще что такое? – воскликнул Пол. – Похоже на крик, но…

– Я ничего не слышал. – Мышпер настороженно выпрямился. – Но, пожалуй, почувствовал… толчок. Как будто кто-то меня коснулся сквозь толстый ковер… только сильнее и дольше. Нет, не знаю. У меня от этого мороз по коже. Это, может быть, ты что-то стронул, когда баловался со статуэткой?

– Может быть и так, – сказал задумчиво Пол. – Мне на мгновение показалось, что в комнате вместе с нами присутствует… нечто особенное.

– В этом старом доме водится наверняка немало всякого… особенного. Тем более что оба твоих родителя были практикующие чародеи. Не говоря уже об их родителях и так далее.

Пол кивнул и отхлебнул еще вина.

– Вот в такие моменты я остро жалею, что мне не хватает настоящего профессионального образования.

Он поднял руку и, вытянув указательный палец, быстро начертил им в воздухе несколько маленьких кругов. В руке появилась книга, переплетенная в кожу неизвестного происхождения; из книги торчало серо-белое перо, исполняющее роль закладки.

– Папочкин дневник, – объявил он, кладя книгу на стол и раскрывая на отмеченном месте. – Вот, смотри-ка.

Палец заскользил по правой странице, то и дело останавливаясь.

– Здесь он рассказывает, как победил и уничтожил врага-чародея, а потом заключил его дух в одну из статуэток. В других местах есть и про остальных. Но по делу он говорит фактически только это: «Они еще пригодятся для решения грядущих задач. Если не хватит шестерых, чтобы взломать пределы, я обеспечу семерых или даже восьмерых». На уме у него явно было что-то вполне конкретное. Только вот бумаге он это не доверил.

– Может, там еще дальше про это есть?

– Опять буду читать до утра, что поделать. Последние несколько месяцев я отлынивал – уж больно это неприятный… документ. Да и папашу хорошим человеком никак не назовешь.

– Я вообще-то в курсе. Но хорошо, что ты это узнал от него самого.

– Эта его сентенция про взлом пределов… – она тебе о чем-нибудь говорит?

– Решительно ни о чем.

– Хороший колдун уж наверняка нашел бы какой-нибудь способ вытянуть информацию из имеющегося материала, я в этом уверен!

– А я нет. Все это, видимо, очень важно, а где важно – там требуется много сил. Что до твоих собственных способностей, то ты и без образования сумел достаточно далеко зайти, как я погляжу. Дорого бы я дал, чтобы освоить этот ваш трюк с книгой – только представь, чьи-нибудь драгоценности… Ты откуда ее вообще взял, а?

Пол лукаво улыбнулся.

– Не хотел, чтобы она валялась где попало. Связал ее золотой нитью и велел исчезнуть в одном из этих, знаешь, безместных мест между мирами, на которые насмотрелся по дороге сюда. Так что теперь она там и живет, а если я хочу почитать дальше, то тяну за конец веревочки, и книга появляется обратно.