– Страх и ужас в одном лице,- констатировала я, открывая дверь и выходя из комнаты.

Мрачный темный коридор, освещенный всего одной лампой. Скрипящие половицы старого дома и тишина, в которой слышны только мои шаги.

Сердце прерывисто билось в груди, скованное страхом. Когда я спускалась вниз по лестнице на первый этаж, мне даже показалось, что оно на секунду замерло, что-то предвкушая.

В холле был полумрак. В растерянности я начала оглядываться по сторонам.

Куда идти если здесь несколько дверей. Конечно, можно проверить их все, но...

Когда я уже собралась приступить к активным действиям, слева от меня заскрипели петли, и раскрылась старая деревянная дверь.

Он стоял в проходе и внимательно смотрел на меня.

– Тебе неприятна тьма?- не отводя глаз, спросил мужчина.

– А тебе хочется довести меня до истерики?- от взгляда этого типа у меня мурашки побежали по спине.

– Отчего же,- сухо сказал Коуэл, освобождая проход в комнату.

Я кинула на него подозрительный взгляд и быстро вошла в гостиную. И каково же было мое удивление, когда я увидела...

– Ты меня пытать собрался или как?- в тишине раздался мой спокойный голос.

Я в ужасе смотрела на пыточный стул и на множество различных пыточных принадлежностей, лежавших на столе рядом с ним.

Внезапно в камине сильнее загорелся огонь, и я поймала себя на мысли, что еще чуть-чуть, и начну паниковать, если уже...

– Пытать,- у меня за спиной раздался насмешливый голос.

Я нервно обернулась и встретилась с его холодными глазами, начиная пятиться назад.

– Чем больше ты будешь сопротивляться, тем больнее будет,- ледяным тоном проговорил Коуэл, схватив меня за кисть и каким-то невероятным рывком, усадив на стул.

Я сопротивлялась, брыкалась, ругалась, но все было бесполезно. Он был сильнее, намного сильнее меня.

Через какое-то время я уже была пристегнута ремнями к пыточному месту.

– Что ты собираешься делать?- пытаясь освободиться, выпалила я.

Он спокойно подошел к столу, протер руки какой-то смесью, достал, из небольшой деревянной коробки, флакон с черной жидкостью, стеклянный шприц, и, подойдя ко мне, бесцветным голосом произнес:

– Если ты и после этого ничего не вспомнишь, то придется применить более жесткие меры.

Его слова стали последней каплей.

– Зачем ты тогда меня спасал?!- в ужасе наблюдая за тем, как он закатывает рукав моего платья, проговорила я.

– А спасал ли я тебя?- холодно ответил он.

Железная игла проколола мою плоть. Черная жидкость начала растекаться по жилам.

– Нет...пожалуйста...не надо!- проваливаясь в беспамятство, повторяла я.

Перед тем как потерять сознание, я услышала: "Одним хранителем больше, одним меньше, но если ты ничего не вспомнишь, толку от тебя будет мастеру".

"Мастеру! Мастеру!":- упало в глубину моего сознания.

Холод и смерть. Тьма везде. Тьма всюду. Сердце не бьется. Пустота вокруг. Не чувствую рук и ног, и ничего не понимаю

Свет, внезапной яркой вспышкой, озарил тьму моего сердца и...

...
– Скажи, дедушка, а когда я выросту, то смогу, стать мастером, как ты?- мальчонка лет пяти на вид, сидел на коленях у седовласого старца и весело улыбался.

– Конечно, Фил, конечно,- старик расхохотался и крепко обнял ребенка.

Солнце медленно опускалось за горизонт, его лучи неторопливо растекались по небу оранжевыми всполохами. Нежный ветерок развивал курчавые темные волосы мальчика и седые старика.

Они сидели на огромном валуне, на окраине дремучего леса, и наблюдали за преображением природы.

– Ты станешь мастером, малыш, но для этого запомни: "Природа твоя мать и твоя властительница, и только она даст тебе истинную силу".

Старик погладил кудрявую шевелюру ребенка и...

... Туман клубиться над землей. Солнце еще не встало из-за горизонта. В лесу холодно и влажно. Пахнет хвоей.