Руки невозможной силы, опускаются мне на плечи.

Спадает капюшон, открывая длинные иссиня-черные волосы.

Серые, как оружейная сталь и чистые как ночное небо глаза с укоризненной усмешкой разглядывают меня.

— Совсем не ожидал тебя тут увидеть! — голос выдает неподдельную радость. И Творец ставит стул вместе со мной, обратно за столик.

Не всегда, даже на одни и те же чувства, мы реагируем одинаково. В одном случае при страхе мы бежим, в ином замираем в параличе, а иногда страх превращается в агрессию. Если даже испуг так многовариантен, что ж говорить о более сложных проявлениях. Таких как удивление. Безмерное удивление, приправленное значительной долей первобытного ужаса.

Вот и сейчас, вместо положенных стандартных реакций, моё тело повело себя вопреки всем, вбитым в него за столетия рефлексам. А именно без участия разума, попыталось спрятаться под стол. Почему безучастия мозгов? Ответ прост: в тот момент их не было! Мой рассудок как выключили.

Разумеется этому виной было не что-то сделанное моим неожиданным собеседником. Просто увиденное, вогнало меня в шок.

— Ты раньше не пытался, бухаться перед мной на колени!? — спокойный, с изрядной долей ехидства голос, вернул мой разум обратно на законное место. Как раз в тот момент, когда подбородок поравнялся с краем столешницы, а все остальное тело уже спряталось, за массивным столом.

— Последний раз, когда я пачкал свои штаны в коричневый цвет, по воспоминаниям моей мамы, минули когда мне было два года. Я был на грани! Обновить сей жизненный опыт. — Заканчивал я это откровение уже уверено сидя на стуле.

— Я настолько страшен? — удивленный и слегка обиженный взгляд, дополнил глубину интонаций.

— Ну что Ты? Ты просто милый и совсем не страшный плюшевый мишка! — Мой взгляд и бившая тело дрожь, явственно говорили о обратном. Нет, я не пытался обмануть сидящего на против. Это с детства у меня, когда язык обгоняет мозги.

— Хммм, — проворчал, ослепительно белый игрушечный панда, с ценником на правой лапке. — Тебе и правда так удобнее? — и видя как я подавился пивом, Творец принял прежний облик. — Шутник ты.

— Это я не в себе немного, — зачем скрывать очевидное?

— Вижу: — если я не ошибся в интонациях, произнесено было с явным сочувствием.: — Ты конечно не поверишь, но увидеть тебя здесь, было для меня боооольшой неожиданностью.

— Поверю: — я не первый раз встречался с Ним, да и зачем Ему врать? Сказанное Творцом, сильно упокоило. Значит Он тут не по мою душу, из-за бегства с Архипелага.: — Смею надеется, наша встреча не означает, что мне дадут пару подзатыльников и за шкирку оттащат обратно за сферу?

— Ээээ, — полный недоумения взгляд, по анимешному огромных глаз.: — Я лишь создал Законы. И если ты сумел, прорваться сквозь барьер, то честь тебе и хвала. Наша встреча, в данном месте и правда для меня случайность. Хотя надо признать, такого способа прорвать барьер Непроницаемости, не ожидал!

— Случайность не более, — волна облегчения, теплом прокатилась по телу, снимая дрожь.: — А много способов выбраться с Архипелага, Ты закладывал при создании сферы? — Ну вот опять, язык впереди мозгов.

— Немного. Если быть точным ни одного!: — кружка недоуменно замерла на половине пути к моему рту..: — Я не зря назвал окружающий Архипелаг барьер "Сферой Непроницаемости".

— Но как???: — я и правда был удивлен.

— Мир меняется. Он не статичен и я этому безмерно рад. И если говорить честно, — тут голос упал до шепота, — когда Мир обрел плоть, он уже сильно отличался от задуманного. — Веселый смех, показал это нисколько не расстраивало Творца!: — Как говорят, ни один план не выдерживает встречи с реальностью. Или ты думал, я из садистского удовольствия, оставил возможности выпускать адских гончих или демонов? По задумке все было строже. Этот Мир живой: — и столько любви было в этих словах.

Я стал лучом утреннего солнца, озарившим распускающийся мне на встречу цветок. Я был теплым бризом, согревшим озябших под утро влюбленных. Первым ростком пробившимся весной. Я был всем. А скорее меня не было, растворив без остатка в любви и нежности.

— Извини. Я забылся и… просто прости…: — наверно можно было возгордиться. Сам Творец просит прощения, но мне было не до этого. Слезы застилали глаза, огромными каплями скатываясь по щекам, разбиваясь о дубовую столешницу.: — Ты позволишь?

— Да, — прошептал я или мне показалось, что прошептал. Но поняли меня правильно. И воспоминая поблекли, став далекими как забытая кинохроника.: — Спасибо. Иначе я не смог бы жить дальше.: — Это было правдой, такие чувства не предназначены для существ стоящих на моем уровне развития.

— Полегче?

— Намного! — в подтверждение сделал огромный глоток пива.

— Я отвык от прямого общения, — с видимым удовольствием Он отпил из своей кружки. Может быть у Него там налито, что то другое? Моё пиво было неплохим, но не более.