Альтрен был в расцвете сил, но он слишком рано поседел и оттого казался старше своих лет. Было видно, что суровая жизнь пирата далась ему нелегко, хотя он и набрался полезного опыта, помогавшего ему безошибочно разбираться в людях, различая в толпе посетителей таверны таких, от которых он мог ожидать неприятностей.

Теплый осенний день сулил быть спокойным и безмятежным. Обычные клиенты — мелкие торгаши и перекупщики — уже покинули заведение, и в сумрачном помещении осталось только двое посетителей, которых Альтрен видел впервые. Они уселись за столик в дальнем углу и о чем-то тихо беседовали, стараясь не привлекать особого внимания. Один из них, крепыш невысокого роста и неопределенного возраста, с завидным аппетитом обгладывал поджаристый овечий окорок, запивая его легким и ароматным туранским вином. Его спутник — светловолосый, голубоглазый юноша с фигурой атлета, привлекал всеобщее внимание своей вызывающей красотой, которую не портил даже длинный шрам на левом виске. Открытый взгляд свидетельствовал о сильной воле и решительности.

Густые пшеничного цвета волосы свободно ниспадали на могучие плечи, придавая всему облику молодого человека благородный вид. В ногах у него расположился крупный пес волчьей породы. Он настороженно следил за обстановкой в таверне.

Заинтересовавшись необычным для посетителей таверны поведением незнакомцев, Альтрен наполнил два больших бокала искристым поантайнским вином и направился к их столику.

— Угощаю за счет заведения! Вижу, что вы — нездешние, вот и решил спросить, каким ветром вас прибило к нашему острову, забытому богом и людьми?

— Вчера ураганом повредило нашу ладью, на которой мы плыли в Аграпур, — спокойно ответил светловолосый юноша, пристально глядя в глаза корчмарю. Альтрен уловил в мелодичном голосе незнакомый ему акцент.

— Куда путь держите? Я помогу вам — договорюсь с капитаном какого-нибудь корабля. Может быть, не до самого Аграпура, но все же лучше, чем если вы бросите якорь здесь. Конечно, если только не желаете присоединиться к Белому Братству. А что, у них можно заработать неплохие деньги!

Гости переглянулись. Тот, что постарше, лишь примирительно кивнул. Но решения, как видно, принимал светловолосый.

— Наверно, мы воспользуемся вашим предложением, любезный хозяин. Но нынче нам нужен отдых. Деньги у нас есть. Правда, немного, но достаточно!

— Вряд ли вам удастся отдохнуть здесь или в комнатах второго этажа. Конечно, если только вы не нуждаетесь в женской компании. Но за пределами таверны еще опаснее. Вам могут перерезать горло просто так — из-за кольчуги или меча! Побудьте пока здесь, а позднее я попытаюсь что-нибудь для вас сделать!

Обычно бесстрастный Альтрен сам того не ожидая предложил незнакомцам свою помощь, наверно, потому, что любезное поведение гостей столь резко контрастировало с грубой обстановкой в таверне.

Альтрен сразу понял, что эти посетители не способны доставить ему неприятности, а потому переключил внимание на шумную компанию, которая как раз в этот момент ввалилась в таверну. Ее возглавлял Уркио — один из самых известных молодых корсаров в морском пространстве Вилайета. Он был капитаном капера «Сладкоголосая сирена», но несмотря на полное отсутствие чувства юмора, Уркио был смелым и отважным моряком, и имел на своем счету несколько особенно удачных набегов. Кроме того, он славился и как мастер меча, о чем по всему побережью слагались легенды.

Альтрен незаметно дал знак своему верному другу еще с молодых лет Румею Оглу. Несмотря на высокий рост и невероятную худобу, этот сорокалетний воин отличался невероятной выносливостью и быстротой реакций, хотя его никто никогда еще не видел трезвым. Каждое утро он начинал с большой кружки темного аграпурского пива, а перед сном осушал кварту зингарского хереса, и только потом засыпал. Даже самые ревностные недоброжелатели не смогли бы вспомнить случай, когда этот поклонник "бога веселья Баала пропустил этот ритуал. И можно было только предполагать, какой объем выпитого умещался в нем в промежутке между кружкой пива и квартой хереса. Старые морские волки, навечно ставшие на якорь в Маанском порту, любили вспоминать, что Румей-Затычка, как его величали во времена славного пиратского прошлого, прославился в молодости как виртуозный мастер ножа в многочисленных драках. Сейчас же боевые подвиги наследника славных атлантов сводились лишь к бесчисленным схваткам в постели с куртизанками таверны, которых само имя Румея Оглу повергало в священный трепет. Зачастую свободные от работы жрицы любви устраивали нешуточные побоища за честь согреть в своей постели славного эпикурейца.

Костлявый понял знак друга и, быстро опрокинув в рот кружку пива, бросился расчищать столик в середине таверны, предварительно согнав с него группочку торговцев оружием, которые коротали время в компании пикантных девиц весьма сомнительной репутации. Уркио с компанией уселись за стол и сразу принялись заказывать огромное количество еды и питья, которые незамедлительно были им принесены быстроногой служанкой. Облегченно вздохнув, что неприятности отступили, по крайней мере на какое-то время, Альтрен бросил взгляд на посетителей в дальнем углу. Молодой человек завернулся в плащ зеленого цвета и вытянулся на узкой скамейке, положив голову на колени своему спутнику, который тоже дремал, прикрыв лицо рукой. Лишь лохматый пес зорко смотрел по сторонам, оберегая сон своих хозяев.

К вечеру в таверне стало оживленно и шумно. Сюда пришли промочить горло экипажи нескольких корсарских судов, которые благополучно вернулись в порт с богатой добычей. Мест за столами уже не хватало, а моряки с туго набитыми кошельками все прибывали, желая расслабиться после изнурительной работы. Жрицы любви работали в полную силу. Вино лилось рекой, а повара на кухне не успевали приготовлять изысканные деликатесы, которыми славилась таверна Альтрена. Всем хотелось побаловаться вкусной едой после долгих дней в открытом море, где им приходилось есть в основном солонину.