— О ужас! Нет нам спасения!

— Ты лжешь! — яростно прошипел киммериец. — Ты всегда лжешь, маленький ублюдок! Останови их!

— Но как? — в непритворном смущении спросил юноша.

— Ты можешь, — произнес фаллиец. — Постарайся.

— Я пришел за тобой, юнец! — загрохотал Габрал из безжизненного тела туранца. — Иди ко мне!

Мерцающая зеленоватая паутина потянулась к балкону.

И тут юный пикт преобразился. Лицо его стало сурово, глаза полыхнули холодной яростью, он словно раздался в плечах, а голос, которым он ответил Демону Смерти, принадлежал явно кому-то другому: скрипучий голос, словно ножом вели по стеклу.

— Ничтожный! — заговорил пикт, и мороз прошел по коже всех, кто его слышал. — Ты осмелился явиться сюда без моего дозволения? Убирайся в бездну, раб, сгинь, велю!

Хотя юноша преобразился и говорил властно, с сознанием силы, Конан не удержался от смеха: все же его недавний пленник оставался всего лишь мальчишкой, храбрым мальчишкой перед лицом порождения преисподней. Сейчас зеленый огонь охватит его тело, и Габрал получит искомую жертву…

Тело туранца заколыхалось и поплыло вниз. Опустившись на плиты, мертвец отвесил поклон, ударив рукоятью торчавшего в животе меча о плиты, а его господин пророкотал изнутри:

— Ухожу, уже ухожу…

— Я сказал — сгинь! — Теперь голос пикта зазвенел, словно разбились тысячи стекол. — Ты понял разницу?

Зеленый огонь полыхнул в пустых глазницах в последний раз и угас. Тотчас змееподобные тела на стенах начали таять, стекая вниз потоками слизи, которая, шипя, испарялась, распространяя зловоние. Тело Бен-Галлахия опрокинулось навзничь, теперь это был настоящий труп, пронзенный клинком короля, недвижный и нестрашный.

Как только все кончилось, пикт зашатался и, отступив от перил, без сил рухнул на скамью. Зрачки закатились, лицо покрыла неживая бледность.

— Дайте ему глоток вина, — распорядился фаллиец.

— Что значит это представление? — грозно спросил король. — Это ты помог юнцу справиться с нечистью?

— Нет, — отвечал брегон, — ему помог Нергал. Теперь, король, мы можем поговорить начистоту.

— История циклична, — начал Кримтан Да Дерг, когда они расположились в Тайном Покое королевского дворца: брегон, Верховный Жрец Митры, король Аквилонии и юный пикт Потерявший Имя.

Этот небольшой квадратный зал находился под фундаментом и погребами. Проникнуть сюда можно было по винтовой лестнице через одну из винных бочек, слив предварительно содержимое. О существовании убежища знали только трое: магистр, король и жрец. Строили его слепые шемиты из секты Темных Каменщиков. Лишенные зрения сызмальства, они бродили по свету, подряжаясь на подобные работы — устраивали тайники во дворцах и замках, в богатых домах и усадьбах, не опасаясь за свою жизнь, ибо при всем желании не могли разгласить местоположение секретных помещений. Их искусство высоко ценилось во многих странах и щедро оплачивалось.

Стены покоя украшали шкуры и головы животных — охотничьи трофеи Конана. Масляные лампы освещали низкий столик с питьем и закусками, меховые тюфяки и подушки, на которых расположились четверо. Было прохладно. Пресветлый зябко кутался в горностаевый плащ, одолженный королем; пикт сидел, поджав ноги, с бледным и отрешенным лицом, он все еще не оправился после недавних событий; фаллиец возлежал на мягком ложе с небрежной грацией, словно такой способ трапезниченья был для него делом обычным.

— Говори проще, — сказал Конан, отхлебнув из кубка отменное вино, доставленное из погребов Агизана. — Так, чтобы тебя мог понять даже киммерийский варвар.

Да Дерг почтительно склонил голову. Конан уже успел отметить, что чужестранец одинаково вежлив со всеми.

— Я хочу сказать, что цепь событий, развитие народов и цивилизаций прерываются время от времени великими катастрофами. После чего все начинается снова.

— Ты имеешь в виду Великий Потоп? — спросил король.

— Да, и не один. Насколько нам известно, человечество обитает на этой планете очень давно и достигло бы в своем развитии немыслимых вершин, если бы боги не насылали время от времени ужасные бедствия. Континенты опускаются по их воле на дно морское, огромные волны опустошают побережья, трескается земная твердь, и потоки кипящей лавы уничтожают все живое на своем пути. Исчезают целые народы, а те, кто уцелел, как правило, утрачивают накопленные знания и погружаются во тьму невежества. Так случилось, например, с пиктами и атлантами.

— Видимо, в том есть высший смысл, недоступный нашему слабому разумению, — заговорил Обиус. — Известно, что примерно четыре тысячи лет тому назад Митра решил наказать людей, погрязших в пороке, и наслал на землю воды небесные. В допотопные времена на континенте, именуемом ныне Гирканским, процветали древние высокоразвитые державы — Валузия, страна змеелюдей, Коммория, Камелия, Верулия, Туле и Грондар. На дальнем востоке некогда явились пришельцы с континента My. Сведения о них туманны: одни историки не признают их за людей, именуя лемурами и утверждая, что эти существа жестоко угнетали восточных дикарей; другие говорят, что они были мудрыми правителями, цивилизаторами, и, смешавшись с восточными дикарями, породили расу лемуров. Как бы то ни было, дикари их со временем вырезали. Что касается далеких северных краев, будущих Киммерии, Асгарда, Ванахейма и Гипербореи, то их издавна населяли варвары, а еще дальше к северу, в снегах и льдах, обитали огромные бесхвостые рыжие обезьяны. Но мне не совсем понятно, что ты подразумеваешь, говоря о пиктах и атлантах. Принято считать, что они совершали набеги на материк еще до Потопа, и уже тогда были дикими и безжалостными племенами.